Мне до дрожи приятно его касаться. Я будто в трансе глажу его. Прикрыв глаза, фантазирую наяву, как делаю это губами вместо рук. Дыхание сбивается. Реальность меркнет в чувственном тумане. Макс ерзает и придвигается ближе. Крепче сжимаю коленями его бока, практически обнимаю уже со спины. Мелко дышу около его уха, наполняя легкие мужским запахом.

– Спасибо за цветы, – тихие, вибрирующие слова вылетают из меня сами собой.

Резко оборачивается. Глаза пьяные, губы приоткрыты. Очень близко к моим.

Взгляд спускается к моему рту. Сглатывает. И тянется поцеловать. Секунда воспринимается топкой, обволакивающей бесконечностью. Я уже чувствую его вкус и жаркое касание. Но в последний момент нахожу в себе силы отстраниться, бросив затравленный, смущенный до предела взгляд на площадку, полную людей. И девчонки совсем близко, плескаются в прохладной воде на берегу.

Я так не могу. Все же видят!

– Пойдем, – Макс, проследив за направлением моего взгляда, вскакивает с пледа и, схватив меня за руку, тянет за собой.

– Куда?

Не отвечает, направляясь к сосновой роще. Его пальцы крепко сжимают мою ладонь. Следую за ним, не сопротивляясь и больше не спрашивая. Ноги ватные – еле переставляю, а сердце стучит так, будто марафон бегу.

Постепенно площадка и берег полностью исчезают из виду за стройными стволами деревьев. Вокруг птицы поют, под ногами песчаная почва, усыпанная желтой ломкой хвоей. Солнечные лучи приглушены пышными сосновыми лапами. Синие небо пятнами.

Пахнет так, что кружится голова.

Или она кружится от того, что Макс, когда понимает, что нас больше не видно, внезапно прижимает меня к толстому шершавому стволу одной из сосен и жадно целует в губы.

<p>46. Лида</p>

С первой же секунды, как я увидела Макса сегодня и встретилась с ним взглядом, я знала, что это произойдет. И я ждала нашего контакта. Распаляя саму себя смутными фантазиями и постепенно накаляясь до предела.

Поэтому сейчас, когда его губы жадно впечатываются в мои, а язык сразу проникает в рот, я могу лишь глухо, беспомощно простонать, обвивая руками крепкую мужскую шею.

Мы почти голые, кожа липнет к коже. Горячая, влажная. Ноги подкашиваются, дыхание сбивается, спину царапает древесная кора, но даже это ощущается чем-то болезненно правильным, лишь добавляя острых ощущений.

Я не могу. Я умираю, когда он целует меня.

Чувства щемящего восторга и желания быть с Максом во мне так много, что они будто не помещаются внутри, готовые вот-вот пролиться эмоциональными слезами. Пусть кто-то скажет, что это ненормально, но разве я виновата, что влюблена так?

Руки Максима беспорядочно сминают мое тело, оставляя ожоги и ноющую, сладкую тяжесть. Верх купальника съезжает, оголяя грудь. Соски впечатываются в мужской торс. Я ловлю, как бешено бьется у Макса сердце, и меня качает в этом ритме. Всхлипывая, сосу его язык, остро чувствуя, как чужие ладони мнут мои бедра, а пальцы пробираются под трусики купальника. Дрожь волной прокатывается по нервным окончаниям, когда Макс трогает меня внутри. В голове словно вспыхивает тревожная сирена. Боже… Надо бы его остановить!

Но одновременно мне так болезненно сладко, что я не совсем понимаю, когда именно это делать. Сама себя уговариваю: "Ну еще чуть-чуть. Чуть-чуть… ".

Макс возбужденно дышит мне в рот, гладя между ног и непроизвольно толкаясь вперед бёдрами. Вставший член натягивает шорты и раскаленной твердостью вжимается в мой живот. За закрытыми глазами все кружит от этих ощущений. Цепляюсь за мужские горячие плечи, встаю на цыпочки, чувствуя пальцы в себе, жалобно на выдохе стону. Надо прекратить…

А я вместо этого обвиваю руками голову Максима, зарываясь ладонями в светлые густые волосы, и подставляю для жадных поцелуев грудь. Острые стрелы возбуждения попадают от сосков прямо вниз живота на каждом легком укусе и движении языка. Чувствую, какая я мокрая там. Как мне уже самой нестерпимо жарко. Будто в меня кипяток залили.

И хочется большего. Хочется трения внутри, чтобы эти ощущения нарастали и нарастали, пока не взорвешься.

Макс отрывается от моей груди и снова целует в губы, толкаясь в рот языком. Спускает шорты с бёдер одной рукой, другой крепко удерживая меня на месте, перехватив за талию. Влажная головка бьет меня по животу, и я вздрагиваю как от удара током.

– Не надо…пожалуйста, – хнычу Максу в рот сквозь поцелуй, собирая последние крупицы разума.

– Почему? – отстраняется.

Взгляд совершенно поплывший, без фокуса. Брови сведены к переносице.

– Не знаю, не так…– бормочу, заливаясь краской. Я и сама толком объяснить не могу, даже себе, что не так.

Лишь чувствую, что морок возбуждения спадет, и потом мне будет неловко и может быть даже плохо. И что сомнения вот так никуда не уйдут. Ведь мы и слова по сути не сказали друг другу. А мне хочется нормально помириться. А не просто…

О, но как это выразить?! Макс смотрит на меня в ожидании вменяемых объяснений, а я только нервно закусываю припухшую губу.

– Ладно, но я тебя поцелую, – вдруг шепчет Максим, криво улыбнувшись и снова наклоняясь ко мне, – Очень хочу…