Читаем Топ-модель полностью

- Чувствую, что без чужой помощи тебе не разобраться.

- Ты ещё сестер Миненковых, этих кикиморочек...

- Кикиморочки, а дело свое знают.

- Какое дело?

- По защите личности, детка.

Я не успеваю отреагировать на эти последние слова - звук телефона рвет мою руку, в которой находится блюдце с вареньем. Проклятье! Нервы ни к черту!

- Меня нет, и не будет, - кричу я. - Ни для кого!

- Это не выход из положения, - говорит Евгения и, удаляясь из кухни, советует вытащить руку из блюдца с вареньем.

Я облизываю пальцы и рассуждаю о том, что мой враг добился таки своей малой цели: я нервничаю, а, следовательно, могу совершить ошибку. Спокойно, Маша, прекрати страшиться собственной тени, прояви мужество и благоразумие, держи удар, как в тэнквандо, и победа будет за тобой.

- И кто это? - спрашиваю, когда Евгения возвращается на кухню.

- Догадайся.

- Прекрати. Только не говори, что "поклонник".

- Поклонник, - соглашается, - но не тот и совершенно неожиданный.

- Кто?

- Жорик.

- К-к-какой, - заикаюсь, - Жорик?

Услышав объяснение, не верю, потом начинаю смеяться, крича о том, что именно Жорика нам и не хватает для полного счастья.

Оказывается, проявился во всей своей наглой полноте помощник депутата Шопина, который, помнится, нас подвозил. Чудно-чудно. Наши с Женей чары настолько околдовали Жорика, что он не поленился провести собственное расследование, чтобы добыть номер телефона.

- Кошмар какой, - говорю я. - И что он от нас хочет?

- Внимания, - отвечает сестра, - к его хозяину.

- То есть?

- Завтра день рождение у Александра Николаевича. Мы - приглашены в ресторан "Балчуг".

- Александр Николаевич - это кто? Не Попин ли?

- Именно то, что вам послышалось, дитя мое.

- И что ты ответила Жорику?

- Что мы будем думать - ночь и день.

- Ты хочешь пойти? - удивилась я.

- Я этого не сказала, хотя почему бы и нет? Мир посмотреть и себя показать, - пожимает плечами. - Да, и тебе, Маруся, сам Бог велел на все эти тусовки ходить. Это твоя будущая профессия.

- Какая профессия?

- Украшать собой общество. Будешь, как алмазная диадема на голове столичного бомонда.

- Прекрати, - проявляю неудовольствие.

- Минутку, - уходит в комнату, где опять звонит проклятый телефон.

Что за коловращение вокруг меня? Неужели смазливая красивая мордашка и точеная фигурка производит такое неизгладимое впечатление на тех, с кем мне приходится сталкиваться? Одни, неизвестные мне извращенцы, сходят с ума, другие, похожие на гоблинов, требуют к себе внимания, а третьи... равнодушны. Это я про охотника на людей Алекса Стахова. Хотя трудно сказать, какие он истинные чувства испытал? А вдруг влюбился, но умеючи, как всякий охотник за скальпами, скрывает свое чувство?

Мои размышления на волнующую тему прерывает Евгения. По её взволнованному виду я понимаю, что проявился мой "поклонник". И угадываю.

- Говори с ним подольше, - горячим шепотом говорит сестра. - А я - к соседям, попытаемся определить номер телефона.

- Вот сволочь неугомонная, - злюсь я. - Сейчас все скажу, что думаю...

- Не вспугни, - советует Женя и кидается тенью в прихожую. - Говори нежно...

Телефонную трубку подношу к лицу, будто это ядовитая степная гадюка. Слышу знакомый голос, дребезжащий, гниловатый и похихикивающий:

- Ну-с, прелестница, как денек прошел? Весело?

- А это кто? - действую, как подсказывает интуиция. - Наверное, вы ошиблись?

- Я никогда не ошибаюсь, Маша.

- А-а-а, это извращенец, старый и облезлый, - смеюсь я, как бы вспомнив. - Импотент который...

И слышу булькающие звуки в трубке, словно мой собеседник заливает телефон "царской водкой", состоящую из соляной и серной кислот.

- Храбрая девочка, - наконец говорит "поклонник". - И кошечка её не напугала.

- Какая, - спрашиваю, - кошечка?

- Кошка Маша.

- А-а-а, так ты, дядечка, ещё и живодер.

- Она умерла естественной смертью, - считает нужным поставить меня в известность. - Хотя согласен: шутка неудачная.

- А с журналами тоже твоя шутка?

- Моя, - честно признается. - Хочу, чтобы ты, Мария, научилась принимать всевозможные художественные, так сказать, позы.

- Зачем?

- Исключительно для красоты. Учись, Маша, учись, это тебе пригодится в жизни. Говорю это, как истинный ценитель женской красоты.

Я заставляю себя держать телефонную трубку близ уха и спокойно продолжать диалог:

- А одежду из раздевалки, зачем воровать, ценитель?

- Ха-ха, - заливается смехом. - Как это зачем? Я все делаю для удовольствия, Маша. Знаешь, чем твои трусики пахнут? О, это такой божественный запах... Я их сейчас нюхаю... и получаю удовольствие, теребя себя...

- Идиот, - не выдерживаю я, и делаю нелогичное заключение. - Значит, и фотографа убил ты, нюхач?

- Э, нет! - протестует. - Вешать этот труп на меня не надо, как новогодний шар на елку. Я так пошло не играю, Мария. Это игры простаков. Но обещаю тебе: трупики будут... Прости, девочка, что-то я заговорился...