Читаем Том III полностью

LXXVIII. Видишь, что цветок или от зноя, или от мороза скоро увядает, или дым и пузырь на воде скоро исчезает. Так и богатство, честь и слава мира сего: не успеют явиться и показаться, как при нашедшей или буре бед, или кончине, все исчезает, как и не бывало. Посмотри на могилы и увидишь, что по смерти богатые и славные ничем от нищих и простых не отличаются. Все, как прах земной, в землю возвратились и обратились. Оставили они мир – оставила их и слава, и богатство отступило; и сделались богатые как нищие, и славные как простые, и сравнились господа с рабами своими, богатые с убогими так, что нельзя узнать, где господин и где раб его, где богатый и где нищий лежит. Этот случай и рассуждение учит нас искать истинного душевного богатства и славы, которые от нас не отступят, если их обретем; а за утехами мира сего не гоняться, ибо они, как дым и пузырь, исчезают и, вместо мнимого веселья, истинную скорбь нам оставляют.

LXXIX. Видишь, что железо или камень, хотя и горячие, до тех пор не издают голоса, пока не прольется на них вода или иное что подобное; когда же прольется, тогда показывают свою горячесть изданием шума. Так и многие люди: до тех пор кажутся себе смиренными и кроткими, пока их не обидят; а как почувствуют обиду нанесенную, тогда гневаются, и ярятся, и шумят, как железо горячее, облитое водой. Ибо нанесенная обида показывает, что в сердце кроется – гнев или кротость. И это-то и есть, помимо прочих, причина, ради чего Бог попускает на нас напасти и злоречивые уста: так Он показывает нам самим, что у нас в сердце кроется – гнев или кротость, чтобы, так познав немощь нашу, постарались благодатью Его ее врачевать. Этот случай и рассуждение учит тебя познавать сердце свое, которое лукаво и крайне испорчено (Иер. 17:9).

LXXX. Видишь, что теплая печь всякого согревает, кто ни приступает к ней. Так и любящий человек, сердце которого любовью к Богу и ближнему согрето: он всякого теплотой любви своей согревает, кто к нему ни прикасается. И как печь уделяет теплоту свою требующим, так и он от дарований Божиих уделяет требующей братии: иного наготу прикрывает, иного в дом вводит и приют ему дает, иному в болезни, иному в темнице служит, иного в печали утешает; словом, всякому во всем, в чем может, руку помощи протягивает. Все же это проистекает в нем от теплоты христианской любви.

Напротив, холодная печь никакой никому не делает пользы, и хотя кто и прикасается к ней, обманувшись, отходит несогретым. Так и нелюбящие люди, сердца которых не согреты христианской любовью. Многие считают себя чем-то, много и часто читают молитвы, часто постятся, созидают храмы Божии и украшают (что само по себе похвально и вид благочестия показывает); но когда их коснется кто-то из бедных, требующих помощи, обманывается, как и тот, кто к холодной печи прикасается, желая от нее согреться, и так отходит с той же печалью и бедой, с которою приходил. Этот случай и рассуждение учит тебя обучаться любви христианской, без которой всякое дело мертво бывает, хотя бы чем-то и казалось пред очами человеческими.

Истинная любовь – источник и душа всех добрых дел и христианских добродетелей. Как животное без естественной теплоты не может жить, так всякое доброе дело без истинной любви не может быть живым, а только некий ложный вид показывает. О ложно любящих говорит святой апостол: Если брат или сестра наги и не имеют дневного пропитания, а кто-нибудь из вас скажет им: «идите с миром, грейтесь и питайтесь», но не даст им потребного для тела: что пользы? (Иак. 2:15-16). Такого рода «любовь» в нынешних христианах часто встречается, такие ласково приветствуют, а на деле оказываются совсем другими. А многие и не стыдятся, видя нужду брата, такие слова произносить: «Что мне за дело до его нужды?» А иные требующих к Богу отсылают: «Бог даст». И если бы этим словом желали, чтобы Бог подал требующему, так как сами не имеют что подать!.. Но отсылают от себя к Богу, так как сами не хотят подать от дарований Божиих просящему. Так-то, любезный читатель, чем более мир приближается к концу, тем больше оскудевает истинная любовь, а с любовью и истинное благочестие умаляется, вме­сто того лицемерие и ложь умножается.