Читаем Том III полностью

У древних христиан какое усердие было к славословию Божиему, к молитве, к слушанию Божия Слова! Посему, пока не имели храмов Божиих молитвенных из-за гонения, собирались по домам ради этого богоугодного дела, и так дома их были как церкви; иным пустыни и пещеры были молитвенными домами. Ныне не так. Но хотя храмы и есть, и всегда открываются, и всегда звоном колокольным, как гласом благоприятным, церковь зовет христиан на славословие Божие и молитву общую, однако мало кто спешит. Многие хотя и приходят, но ради церемонии, а иные, что хуже того, на один соблазн, со смехом, разговорами, и прочими непотребными забавами. Многие желают лучше по улицам скитаться, по домам питейным и шинкам [2] шуметь и бесчинствовать, нежели на славословие Божие и молитву в храмы идти. О Слове Божием и говорить нечего: хотя оно и немного проповедуется, и редко, однако, как насыщенные, или лучше, как лихорадкой страдающие пищу принимают, многие предпочитают забавными и соблазнительными книжками утешать и увеселять плоть свою, нежели от Слова Божиего пользы душевной искать, для чего оно и дано.

У древних христиан какая любовь и усердие ко Христу были! Отсюда явно, что мужи, жены, отроки, отроковицы и недоросли с радостью предавали себя на смерть за имя Его. Ныне того нет. Тех мучители – цари и князья – жесточайшими орудиями не могли отвратить от Христа. Нынешних серебро, золото, похоть плотская, роскошь, пьянство и прочие страсти отвращают.

Древние христиане часто приобщались Христовых Тайн, как Пищи, которая есть причина бессмертия; посему и ныне повседневно призывает Церковь святая: «Со страхом Божиим и верою приступите!» У нынешних нет того, как самое дело показывает. Но раз в год, и то почти с принуждением, приступают к бессмертной той Трапезе, а многие до болезни, иные почти до самой смерти откладывают. Жалости достойная вещь! На банкеты с радостью спешат люди, а к той духовной и святейшей Трапезе, к которой Христос призывает, почти с принуждением идут!

У древних христиан страннолюбие так сильно было, что друг друга предваряли в принятии странников, следуя вере и любви праотца своего Авраама. У нынешних не видно того, но или совсем не отворяют дверей странствующим, или отворяют, но, прежде договорившись о плате.

У древних христиан лжи, лукавства не слышно было – у нынешних солгать, обмануть, прельстить грехом не считается.

Пастыри древних христиан какое попечение и заботу о стаде Христовом имели, дивиться должно! О нынешних не говорю, все об этом знают (разумею пастырей, епископов и священников).

Древние христиане, заседающие в судебных местах, как усердно соблюдали правду и отирали слезы бедных! Ныне этого не слышно, но вместо того клятвопреступление, попрание правды, или даже выгнана она вон, и судебные места торжищами и корчемницами сделались; вместо Божия суда купля делается; вместо Бога маммона почитается и вместо правды золото и серебро голос свой издает. Любой эту истину узнает, если без денег в суд придет.

Древние христиане детей своих обучали в законе Господнем, страхе Божием и всяком благочестии. У нынешних нет этого. Но вместо этого они обучают детей танцам, светской политике и прочей суете. Отсюда бывает, что в отцах нет, а в детях и внуках и искать благочестия нечего.

Так нынешние христиане первых христиан любовь оставили, и с любовью веру и благочестие истинное. И хотя многие из христиан нынешних созидают храмы Божии, как видим, каменные или деревянные, но одушевленные разоряют. Украшают Евангелие золотом и серебром, но того, чему Евангелие учит, и перстом коснуться не хотят, или даже и не знают. Иные дают милостыню, но у других отнимают. И какая от того польза? Ибо это не богоугодное, но богопротивное дело. И так в христианство нынешнее языческое состояние вошло. Ибо хотя не устами, но делами нынешние христиане отвергаются Христа, от Которого древние христиане, и муками принуждаемые, и не хотели отречься. Они говорят, что знают Бога, а делами отрекаются, – говорит апостол (Тит. 1:16). И еще Христос говорит: Приближаются ко Мне люди сии устами своими, и чтут Меня языком, сердце же их далеко отстоит от Меня (Мф. 15:8).