Читаем Том 5 полностью

Но и этого еще мало. Часть Шлезвига даже во время перемирия будет занята датскими войсками. Шлезвиг, согласно ст. 8, будет оккупирован полками, личный состав которых был набран в герцогстве, т. е. отчасти шлезвигскими солдатами, участвовавшими в движении, отчасти теми войсками, которые в то время несли гарнизонную службу в Дании, которые боролись в рядах датской армии против временного правительства, которыми командуют датские офицеры и которые во всех отношениях являются датскими войсками. Датские газеты точно так же оценивают положение.

«Несомненно», — пишет «Faedrelandet» 13 июля, — «присутствие в герцогстве надежных шлезвигских войск значительно поднимет настроение народа, которое теперь, после испытанных бедствий войны, с силой обратится против виновников этих бедствий».

Вдобавок к этому — шлезвиг-гольштейнское движение! Датчане называют его мятежом, пруссаки обходятся с ним как с мятежом. Временное правительство, признанное Пруссией и Германским союзом, безжалостно приносится в жертву. Все законы, постановления и т. д., изданные со времени установления шлезвигской независимости, теряют силу; отмененные же датские законы, напротив, вновь вступают в силу. Короче говоря, ответ по поводу знаменитой ноты Вильденбруха, ответ, который Ауэрсвальд отказывался дать, находится здесь — в статье 7 проекта о перемирии. Все, что было революционного в движении, беспощадно уничтожается, и на место выдвинутого революцией правительства выступает легитимное правительство, назначенное тремя легитимными государями. Гольштейнские и шлезвигские войска снова получают датское командование и датские плети, гольштейнские и шлезвигские суда остаются по-прежнему «Dansk-Eiendom»^{87}, несмотря на последнее распоряжение временного правительства.

И, наконец, предполагаемое новое правительство венчает все это дело. Послушайте, что говорит «Faedrelandet»:

«Если мы в том ограниченном кругу людей, из числа которых избираются датские члены нового правительства, по-видимому, не рассчитываем встретить соединения энергии и таланта, ума и опыта, которыми будет располагать Пруссия при выборе своих членов», — то еще ничто не потеряно. «Члены правительства должны безусловно выбираться из среды населения герцогств, но никто не запрещает нам окружить их секретарями и помощниками из уроженцев и постоянных жителей других местностей. При выборе этих секретарей и советников можно не считаться с местными соображениями и принимать во внимание только их способности и таланты; весьма возможно, что эти лица окажут значительное влияние на весь дух и направление деятельности правительства. Можно надеяться, что даже высокопоставленные датские чиновники займут эти посты, хотя они и ниже по рангу. При создавшихся обстоятельствах каждый добрый датчанин сочтет за честь занять подобную должность».

Итак, министерская газета предсказывает герцогствам, что они будут наводнены не только датскими войсками, но и датскими чиновниками. Полудатское правительство сделает своей резиденцией Рендсбург, находящийся на признанной территории Германского союза.

Таковы преимущества перемирия для Шлезвига. Не меньшие преимущества получит и Германия. О включении Шлезвига в Германский союз не упоминается ни единым словом — наоборот, вследствие способа формирования нового правительства постановление Союзного сейма самым настоящим образом дезавуируется. Германский союз выбирает представителей за Гольштейн, датский король — за Шлезвиг. Шлезвиг находится, следовательно, под датским, а не под немецким верховенством.

Эту датскую войну Германия могла бы действительно вменить себе в заслугу, если бы она добилась отмены зундской пошлины[150], этого пережитка старинного феодального разбоя. Немецкие приморские города, ущемленные блокадой и захватом их кораблей, охотно еще долго переносили бы подобный гнет, если бы это привело к отмене зундской пошлины. Правительства повсюду заявляли во всеуслышание, что отмены пошлины уж во всяком случае надо добиться. А что вышло из этого хвастовства? Англия и Россия хотят сохранения зундской пошлины, и послушная Германия, конечно, покоряется.

Само собой разумеется, что взамен возвращенных кораблей будет возмещено все, что было реквизировано в Ютландии, — на том основании, что Германия достаточно богата, чтобы заплатить за свою славу.

Таковы преимущества, которые министерство Ганземана обещает германскому народу в этом проекте перемирия! Таковы плоды трехмесячной борьбы против крохотного народа в полтора миллиона человек! Таковы результаты всего бахвальства нашей националистической печати, наших страшных пожирателей датчан!