Читаем Том 3 полностью

Все мы уважаем эту хорошую, талантливую писательницу и ждем от нее новых книг. Видимо, как и многим другим авторам, Г. Николаевой при сборе материала для новых ее произведений небесполезно будет поглубже вникать в колхозную жизнь, изучать ее более усидчиво, ближе знакомиться с людьми, из характера и деятельности которых она берет кое-что для своих персонажей. Это поможет ей находить самые достоверные, самые жизненные конфликты для своих повестей, делать их еще интереснее, еще полезнее для наших читателей.

При всем том, что говорил я сейчас здесь о последней повести Г. Николаевой и что было сказано о ней раньше другими критиками, вещь эта показывает нам большие пути, большие возможности для красочного разнообразия нашей деревенской литературы — и по форме и по выбору тематики.

И вот тут, в этой связи, мне хочется перейти к недавно опубликованной в журнале «Нева» повести ленинградского писателя Сергея Воронина «Ненужная слава».

Повесть эта должна была обратить на себя внимание своей большой художественностью, и я думаю, что многие ее читали уже. Это повесть из колхозной жизни, написанная без всяких шаблонов, очень по-своему, в строгой в смысле точности и простоты языка и предельной лаконичности манере. В повести всего листа два, но, когда перевернешь последнюю страницу, чувство такое, будто прочитал роман страниц на шестьсот. Это — от большой, раздумчивой темы, от богатства мыслей и чувств, от широты ассоциаций, от подтекста. Повесть о любви двух хороших людей, колхозницы Катюши Лукониной и демобилизовавшегося офицера Василия Малахова, тоже остающегося жить в колхозе. Но любовь описана прямо по толстовскому завету. Л. Н. Толстой говорил: вот у нас пишут романы о любви и кончают их свадьбой, а надо бы начинать свадьбой: поженились двое, стали жить вместе и что из этого получается. Вот и у Сергея Воронина как раз об этом написано: стали жить вместе Василий Малахов и Катюша Луконина и что из этого получилось. Повесть выгодно отличается от многих других тем, что до самой последней страницы не можешь предугадать, куда же повернет автор, чем все это кончится. Это — и от большого мастерства автора, и от очень правдивого жизненного течения действия. Жизнь ведь никогда не строится у разных людей по одному шаблону.

Доярку Екатерину Луконину наградили Звездой Героя, и с тех пор началось неладное. Ей бы дояркой и быть, не у всякой хорошей доярки ведь есть большие организаторские таланты, но ее уже заметили в районе и области, стали выдвигать. Екатерина Луконина заменила старого, не справлявшегося с работой председателя колхоза. Спустя некоторое время она уже депутат Верховного Совета, почетный гость на всяких слетах, совещаниях. И пошло, и пошло…

А колхоз не очень хороший. И председатель она бесталанный. Усвоила лишь кое-что по верхам: как по телефону на какого-нибудь снабженца накричать, чтоб немедленно были в колхозе концентраты, как выгоднее картошку продать на Кольском полуострове.

Большой благородной души человек Василий Малахов, сам оставаясь в тени, старается помогать жене, осторожно поправляет ее ошибки, пытается предостеречь ее от тяжелых последствий ошибок. Но она сама уже уверовала в то, что слава пришла к ней вполне заслуженно, учиться ей не у кого и нечему, и начинает подозревать Василия в том, что он ей просто завидует.

Когда Василию совсем уже невмоготу, когда он видит, что колхоз валится и его Катюша погибает, он едет к секретарю обкома (главному виновнику «выдвижения» Лукониной), разговаривает с ним, пытается убедить его в том, что Катюшу надо вернуть на ферму. Но и секретарь обкома его не понимает, и он тоже подозревает Василия в низком чувстве зависти к жене.

Когда Катерина узнает о поездке мужа в обком (от самого секретаря обкома), дело доходит до полного разрыва. Некоторое время они живут как совершенно чужие друг другу. Потом Василий не выдерживает, собирает свои небогатые офицерские пожитки и, оставив записку, уходит на пристань и уезжает. Вот как кончилась повесть:

«В открытое окно донесся с Волги протяжный гудок парохода. Екатерина Романовна кинулась к окну.

В синем сумраке величественно и строго плыл белый пароход. Вот он зашел за церковь, скрылся. Потом медленно начал выходить с освещенными иллюминаторами. Становился все больше, больше, оторвался от церкви и, быстро удаляясь, скрылся за маслозаводом. Потом еще раз показался. И долго Екатерина Романовна смотрела ему вслед, пока он не стал еле различим. Но даже и тогда, когда его уже совершенно не было видно, она все еще смотрела ищущим взглядом. Может, на этом пароходе уезжал Василий. И впервые за последнее время она вдруг подумала о муже беззлобно и тут со всей ужасающей ясностью поняла, что он от нее ушел. И что она никогда его больше не увидит. Где он? Куда ушел? Велика страна…»