В этом беглом очерке мы попытались дать обзор хода осадных действий против одного из самых слабых и простых типов крепостей (шестиугольника Вобана) и установить время, необходимое для различных стадий осады, если она не нарушается успешными вылазками и при условии, что обороняющиеся не проявляют исключительной активности, храбрости и не располагают какими-либо особыми средствами. Однако даже при таких благоприятных обстоятельствах потребуется, как мы видим, по меньшей мере 17 суток прежде чем в главных крепостных валах будут проделаны бреши и крепость тем самым станет открытой для штурма. При достаточной численности и хорошей обеспеченности гарнизона нет никаких причин военного характера, которые заставили бы его сдаться раньше этого срока; с чисто военной точки зрения простой долг обязывает осажденных продержаться, по крайней мере, в течение такого времени. Между тем некоторые люди высказывают недовольство, что Страсбург все еще не взят, Страсбург, который подвергался правильной осаде лишь в течение 14 суток и имеет на атакуемом фронте внешние укрепления, дающие ему возможность продержаться по крайней мере на пять суток дольше среднего срока. Они недовольны тем, что Мец, Туль и Фальсбур все еще не сдались. Но мы ведь еще не знаем, заложена ли хотя бы одна траншея против Туля, а о других крепостях нам известно, что они вообще еще не подверглись правильной осаде. Что касается Меца, то, по-видимому, в данный момент против него и не намереваются вести правильной осады; очевидно наиболее действенное средство овладения им — это взять армию Базена измором. Эти нетерпеливые литераторы должны знать, что очень мало найдется таких комендантов крепостей, которые сдадутся разъезду из четырех улан или даже под воздействием бомбардировки, если в их распоряжении имеется сколько-либо достаточный гарнизон и необходимые запасы. Если Штеттин сдался в 1807 г. кавалерийскому полку, если французские пограничные крепости в 1815 г. капитулировали после непродолжительной бомбардировки или даже из страха перед ней, то мы не должны забывать, что Вёрт и Шпихерн, вместе взятые, не были равнозначны ни Йене, ни Ватерлоо и, кроме того, было бы нелепо сомневаться в том, что во французской армии есть много офицеров, которые могут выдержать правильную осаду даже с гарнизоном, состоящим из мобильной гвардии.

Напечатано в «The Pall Mall Gazette» № 1744, 15 сентября 1870 г.

КАК ВЕСТИ БОРЬБУ С ПРУССАКАМИ

После Итальянской войны 1859 г., когда военная мощь Франции достигла своего зенита, прусский принц Фридрих-Карл, тот самый, который теперь осуществляет обложение армии Базена в Меце, написал брошюру «Как вести борьбу с французами»[64]. В настоящее время, когда огромные военные силы Германии, организованные по прусской системе, сметают все на своем пути, люди начинают задавать себе вопрос: кто же и каким образом будет в будущем вести борьбу с пруссаками. И когда война, в начале которой Германия только оборонялась против французского chauvinisme [шовинизма. Ред.], как видно, превращается постепенно, но верно, в войну в интересах нового германского chauvinisme, на этом вопросе стоит остановиться.

«Провидение всегда на стороне больших батальонов», — таким образом Наполеон любил объяснять, как выигрываются и проигрываются сражения. И Пруссия действовала именно по этому принципу. Она позаботилась обзавестись «большими батальонами». Когда в 1807 г. Наполеон запретил ей содержать армию численностью свыше 40000 человек, она стала увольнять рекрутов после шестимесячного обучения, а вместо них призывать новых людей; и в 1813 г. она оказалась в состоянии выставить действующую армию в 250000 солдат при населении в четыре с половиной миллиона. Впоследствии тот же самый принцип краткосрочной службы в полку и длительного пребывания в запасе на положении военнообязанных нашел более полное применение и, кроме того, он был приведен в соответствие с потребностями абсолютной монархии. Людей оставляли на службе в полку от двух до трех лет, чтобы не только хорошо обучить их военному делу, но также и вымуштровать их, приучив в совершенстве к беспрекословному повиновению.