Читаем Толкователи полностью

– Как нам связываться с вами? Это самое трудное. Ведь мы, женщины, здесь абсолютное ничто. Мы можем оказаться вблизи вас как сиделки, горничные, прачки. Но нам нет места среди руководства. Нас не пускают в советы. Мы можем подавать блюда на банкете, но никак не сидеть за одним столом с мужчинами.

– Так объясните мне… – Хавжива замялся. – Объясните, с чего начать. Ищите свидания со мной при любой оказии, приходите, как только подвернется случай, если… если это… будет для вас безопасно. – Он всегда был скор в восприятии нового, лишь подозревать подвох так и не научился. – Я выслушаю. И сделаю все, что смогу.

Йерон склонилась над изголовьем и нежно поцеловала Хавживу. Губы ее оказались сухими и мягкими.

– Вот, – сказала она, – ни один политик не даст вам такого.

И снова принялась набирать петли. Хавжива уже начал было дремать, когда Йерон вдруг спросила:

– Ваша матушка еще жива, господин Хавжива?

– Все мои родные давно умерли.

Йерон испустила короткий сочувственный вздох.

– Простите, – сказала она. – А супруга?

– Я не женат.

– Тогда мы станем для вас матерями, сестрами и дочерьми. Мы заменим для вас утраченных родных. Примите мой поцелуй как знак любви между нами. Настоящей любви. Увидите сами.

– Вот список приглашенных на прием, господин Йехедархед, – сообщил Доранден, комиссарский порученец, офицер связи при посольстве.

Хавжива пробежал взглядом протянутый портативный экран, просмотрел еще раз, уже внимательнее, и невинно поинтересовался:

– А где же все остальные?

– Извините, господин посланник… Мы кого-либо упустили? Это полный список.

– Но ведь здесь одни мужчины.

Под затянувшееся растерянное молчание офицера Хавжива неожиданно обнаружил в себе новые точки опоры – его пошатнувшееся было равновесие как будто начинало восстанавливаться.

– Вам угодно, чтобы приглашенные явились с супругами? – сообразил донельзя смущенный Доранден. – Ну конечно же! Если таков обычай Экумены, мы с удовольствием включим в список также и дам.

В том, как офицер связи произнес словечко «дамы», принятое на Уэреле лишь в аристократических кругах, крылось нечто плотоядное, глазки у него замаслились. Равновесие Хавживы снова нарушилось.

– Каких еще дам? – хмурясь, удивился он. – Я говорю о женщинах. Может, они и вовсе не принимают у вас участия в общественной жизни?

Хавжива начал нервничать, не понимая, где же здесь могут таиться подводные камни. Если безобидная прогулка по пустой улочке приводит к столь плачевному исходу, то куда его может завести препирательство с порученцем самого комиссара?

А Доранден был уже не просто смущен – ошеломлен. У него просто челюсть отвисла.

– Весьма и весьма сожалею, уважаемый господин Доранден, – сказал Хавжива примирительно. – И прошу простить мне неуместную игривость. Разумеется, я не сомневаюсь, что женщины у вас занимают ответственные посты в самых различных областях. Своим неловким и неудачным выражением я просто пытался сказать, что был бы рад принять у себя таких женщин вместе с их мужьями – равно как и жен всех гостей из вашего списка. Надеюсь, я не совершил этим новую оплошность, не нарушил каких-либо обычаев и не оскорбил ваших чувств? Мне казалось, что у вас на Йеове не должно быть дискриминации, как на Уэреле, – в том числе и женской. Если я в чем-то заблуждаюсь, то снова прошу вас великодушно простить невежественного чужестранца.

Добрая половина дипломатии – это болтливость, к такому выводу Хавжива пришел уже давно. Другая же – умение вовремя промолчать.

Доранден забрал список и, заверив посла, что все упущения будут немедленно исправлены, почтительно откланялся. Но Хавжива продолжал тревожиться – до самого следующего утра, когда офицер явился снова, уже с поправками. В списке фигурировало одиннадцать новых имен, все женские. Среди них один школьный директор и две учительницы, остальные с пометкой «в отставке».

– Великолепно, просто великолепно! – восхитился Хавжива. – Вы позволите мне самому добавить к этому списку еще одно имя?

– Разумеется, ваше превосходительство. Какое только не пожелаете!

– Доктор Йерон, – сказал Хавжива.

Снова невыносимо долгая пауза, – похоже, Доранден хорошо знал, о ком речь.

– Да, – выдавил он наконец.

– Доктор Йерон, как вам, наверное, известно, прекрасно ухаживала за мной в вашем великолепном госпитале. Мы подружились. Обычной сиделке, разумеется, не место среди столь почетных гостей, но она ведь вполне квалифицированный медик, а я приметил, что в вашем списке уже есть несколько докторов медицины.

– Все в порядке, – сказал Доранден не без тени смущения.