Читаем Толкач полностью

– Тебе скоро будет еще больше не по себе. Ты знал парня, которого зовут Анибал Эрнандес?

Ларри молчал.

– Послушай, сын. Ты ездил через весь город в Айсолу и почему-то покупал в Гровер-парке, на моем участке. Ты знал парня по имени Анибал Эрнандес?

– Да, – признался Ларри.

– Хорошо знал?

– Я покупал у него пару раз. Он был толкач. То есть продавал другим ребятам. Хотя и сам кололся.

– Я знаю, что значит толкач, – сказал Бернс терпеливо. – Сколько раз ты покупал у него?

– Пару раз, я же сказал тебе.

– Ты хочешь сказать, два раза?

– Ну, побольше.

– Три?

– Нет.

– Четыре? Ради всего святого, Ларри, ответь мне, сколько раз?

– Видишь ли... по правде говоря, я почти все время покупал у него. Ты же знаешь, если толкач продает хороший товар, то за него держишься. Вообще-то он был хороший парень. Несколько раз мы... мы балдели вместе. Бесплатно. В таких случаях он с меня ничего не брал за героин. Так давал. Хороший был парень.

– Ты все время говоришь «был». Значит, ты знаешь, что он умер?

– Да. Я слышал, он повесился.

– А теперь слушай меня внимательно, Ларри. На днях мне позвонили и сказали...

– Кто звонил?

– Он не назвался. Я согласился говорить, потому что это имело отношение к делу Эрнандеса. Это было еще до того, как мы получили результаты вскрытия.

– И что же?

– Этот человек сказал мне несколько вещей про тебя.

– Каких? Что я наркоман?

– Не только.

– Что еще?

– Он сказал мне, где ты был и что ты делал вечером семнадцатого декабря и ночью восемнадцатого.

– Да?

– Да.

– Так где же я был?

– В подвальной комнате Анибала Эрнандеса.

– Вот как?

– Так мне сказали по телефону.

– Ну и?..

– Это правда?

– Может быть.

– Ларри, хватит умничать. Помоги мне Господь, чтобы я...

– Хорошо, хорошо, я был у Аннабелля.

– С каких и до каких?

– Дай мне подумать... должно быть, с девяти часов. Да, с девяти и до полуночи. Точно. Я ушел от него около двенадцати.

– Ты был с ним весь тот день?

– Нет. Я встретил его на улице около девяти. Потом мы пошли к нему в подвал.

– Когда ты ушел от него, то сразу отправился домой?

– Нет. Меня порядком зацепило. Аннабелль уже клевал носом на койке, и я не хотел там заснуть. Так что я ушел и погулял по улицам.

– Тебя здорово зацепило?

– Очень, – сказал Ларри.

– Когда ты пришел домой?

– Не знаю. Очень поздно.

– Что значит очень поздно?

– Часа в три-четыре.

– До двенадцати вы с Эрнандесом были одни?

– Да.

– И он вколол себе дозу при тебе?

– Да.

– И когда ты уходил, он уже спал?

– Кемарил. Ты знаешь – не спал и не бодрствовал.

– Сколько вколол себе Эрнандес?

– Мы поделили одну шестнадцатую.

– Ты уверен?

– Уверен. Аннабелль сам сказал, когда доставал упаковку. Это была шестнадцатая. Честно тебе говорю, я был рад, что мы кололись вместе. Я боюсь колоться один. А вдруг передозирую?

– Ты сказал, что вы кололись вместе. Одним шприцем?

– Нет. У Аннабелля свой шприц, у меня свой.

– А где сейчас твой?

– Как где? У меня.

– Он и сейчас у тебя?

– Разумеется.

– Расскажи мне в деталях, как все было.

– Я что-то тебя не понимаю.

– Все, что произошло, после того как Аннабелль показал тебе упаковку с героином.

– Я вынул свой шприц, он – свой. Затем мы приготовили раствор в бутылочных колпачках и...

– Это те колпачки, которые валялись в оранжевой корзине под лампочкой?

– Да, наверное. Там у противоположной стены стояла оранжевая корзина.

– Вы брали с собой шприцы, когда ходили к этой корзине?

– Нет, не думаю. Наверняка оставляли их на кровати.

– Что было потом?

– Мы приготовили раствор, вернулись к кровати, каждый взял свой шприц, мы их наполнили и вмазались.

– Аннабелль первым взял шприц?

– Да, кажется.

– Возможно ли, чтобы он взял не тот шприц?

– Что?

– Возможно ли, чтобы он взял твой шприц?

– Нет. Я хорошо знаю свой. Это невозможно. Я кололся собственным шприцем.

– А когда ты уходил?

– Я не понимаю тебя, папа.

– Ты мог оставить там свой шприц, а с собой захватить шприц Аннабелля?

– Не понимаю, как бы это получилось. Сразу после укола Аннабелль... Подожди, ты совсем меня запутал.

– Вспоминай в точности, как все было.

– Мы вмазались, и я положил шприц на кровать. Да, да. Затем Аннабелль почувствовал, что засыпает, встал, взял свой шприц и положил его в карман куртки.

– Ты что, внимательно следил за ним?

– Нет. Но я помню, что он высморкался – наркоманы всегда простужены, – а потом вспомнил о шприце, взял его и положил в карман. Тогда же и я взял свой.

– Тебя уже зацепило к тому времени?

– Да.

– Значит, ты мог взять и чужой шприц? Тот, которым пользовался Аннабелль? А свой оставить ему?

– Наверное, мог, но...

– Где сейчас твой шприц?

– У меня.

– Проверь.

Ларри вынул шприц из кармана и стал вертеть его в руках.

– Похож на мой, – сказал он.

– Точно?

– Трудно сказать. А в чем дело?

– Ты должен знать несколько вещей, Ларри. Во-первых, Эрнандес не повесился. Он умер от передозировки героина.

– Что? Что?

– Во-вторых, в его комнате обнаружили только один шприц.

– Так и должно быть. Он...