Читаем Тьма (СИ) полностью

Почти неделя была потрачена Максимом на полное исцеление пострадавших от этой странной заразы, а заодно - и некоторых других заболеваний. Уже не задумываясь над ощущениями монахинь, Максим щедро одаривал пациенток своими золотыми лучами. И неудивительно, что к концу Максимового подвижничества его стали и здесь почитать за некого воскресшего пророка. Поклонение вот-вот могло перерасти в крайние формы массового психоза, и настоятельница посчитала за благо исполнить своё обещание.

- А потом вам придётся уйти незаметно. Иначе вся моя паства двинется за вами с хоругвями и песнопениями.

- Да, конечно… А по источнику этой… болезни, выяснили что?

- Не касаясь тайны исповеди, могу сказать, что и он - там-же.

- Кто-то лазил?

- Проверяли чудотворность.

- Ну что же. Тогда пойду один. Ко мне не пристаёт, а начинать всё заново я просто уже не успею.

- Я провожу. Когда думаете?

- Прямо сейчас.

Настоятельница внимательно посмотрела на Максима. За время постоянного и непрерывного целительства он сильно сдал - словно высох. И без того худое обожженное лицо теперь заострилось в сплошной профиль - вон, даже щёки ввалились. Ввалились и глаза. Страшок. Да, видимо, нелегко даются чудеса.

- Может, отдохнете всё-таки. Хотя бы день-два? Вы не представляете, как к вам теперь относятся мои сёстры!

- Ну почему же не представляю? Очень даже, - почему-то улыбнулся Максим. - Поэтому, давайте, от греха подальше.

" Видимо, не во всём, ох, не во всём исповедуются", - вздохнула настоятельница.

- Тогда пойдёмте. Только… Всё-таки… Я же должна буду объяснить им… Откройтесь, кто вы?

- Мне самому это пока не открылось, - вздохнул теперь юноша.

По крутой, вьющейся, как в замковых башнях, каменной лестнице они спустились в монастырский подвал. И ещё в один подвал под ним. А там массивная каменная дверь в стене была перекрыта таким же массивным металлическим брусом с несколькими новенькими замками.

- Это я уже теперь. После того, как узнала. Ума не приложу, как она добралась… Говорит, случайно, - объясняла настоятельница, отпирая замки.

- Теперь слушайте внимательно. Вот, возьмите план. На каждом пересечении сверяйтесь. А потом, там, возле неё. Надавите посильнее на распятие. Выход там. Чтобы сюда не возвращаться. Ну что же. Прощайте, святой отец. Мы за вас молиться будем!

Настоятельница, воспользовавшись неожиданностью, поцеловала-таки руку "святого отца".

- Да что вы… - начал было Макс.

- С Богом! Мы за вас молиться будем.

- До свидания! - закрывая за собой глыбу двери и зажигая презентованный фонарь, попрощался Максим.

От кого остались эти мрачные катакомбы? Какие забытые человечеством атланты и когда прилаживали каменные плиты и вырубали каменные ступеньки? Да и чем? Максим что-то смутно припоминал. Были некие сообщения об открытии следов протоцивилизации в этих краях. Ритуальный комплекс? Низкие для нормального человека каменные туннели действительно, пересекаясь, тянулись в разные стороны. Вентиляция была плохой, воздух - спёртым, дышалось тяжело. Судя по ступенькам - ход опускался ещё вниз. Потом начались какие - то каменные ниши со скелетами в истлевшей одежде. Хоронили своих святых? Ай, да какое дело? Быстрее через этот чертог, или паноктикум… Да когда же они кончатся?

Он нашёл-таки эту несчастную воительницу, это "абсолютное оружие"! Нашёл с помощью тех, кому когда-то помог и сам. И вот - свершилось! Но она сейчас не была похожа ни на "пятый элемент", ни на себя саму. Очередная ниша, по плану та самая, была закрыта железной дверью. Судя по состоянию железа - это было новшеством. Максим потянул дверь на себя. Не заперта. А внутри, на каменном же ложе покоилась, одетая в какую-то чёрную рясу мумия старушки. Только волосы с той самой седой прядкой были похожи. Может, не она? - отшатнулся Максим.

Но затем, вспомнив, что случилось с ним самим, взял лёгкое холодное, бездыханное тельце на руки и бросился в обратную сторону. Спохватился. Вернулся назад. Ага! Вот оно, распятие. Сейчас, - потянулся он к кресту. Стоп! А бациллы? Он сосредоточился и увидел слой замерших, чуть копошащихся точек. Отсюда. Значит, придётся позаниматься. И снова боль? Вперёд! Во искупление! И, наученный борьбе с таким же врагом юноша, взялся за его уничтожение. Только на следующие сутки, опустошённый и измученный борьбой, Максим нажал на распятие. В открывшийся в стене лаз ворвались ароматы весеннего утра. Длинная винтовая каменная лестница вела круто вверх. Максим взял свою находку на руки и, согнувшись в три погибели, выбрался с ней на свет Божий.

На лужайке Макс осторожно пристроил мумию у ствола дерева, под тёплые лучи весеннего солнца. Напился солнечной энергией сам.