Читаем Тьма полностью

В «Восьми трубах» ровно сотня окон, все они – с теми волнистыми стеклами ручной выработки, какие были в них изначально. «Когда столько окон, – думает Саманта, – «Восемь труб» должен был быть очень светлым домом, но деревья стоят так близко к нему, что в комнатах на первом и втором этажах – и даже в некоторых на третьем – царит зеленый полумрак». Будто Саманта и Клэр живут в глубинах моря. Именно этот свет делает туристов похожими на призраков. Утром и вечером дом окутывает туман. Иногда серый, как глаза Клэр, иногда серый, как глаза Саманты.

Пару ночей назад, когда отец уложил их и выключил свет, ветер стал вздыхать в дымоходе детской. Клэр подбила Саманту сунуть голову в дымоход в темноте, и она это сделала. Лицо Саманты обдувал поток холодного влажного воздуха, шурша, будто кто-то тихо что-то бормочет. Но она не могла разобрать слов.

Отец практически не обращал, внимания на дочерей с тех пор, как они приехали в «Восемь труб». Он никогда не упоминает об их матери. Как-то вечером они услышали его крик в библиотеке. Когда они спустились, то увидели на столе большое липкое пятно – на том месте, где опрокинулся бокал с виски. «Оно на меня смотрит, – сказал он в окно. – У него оранжевые глаза».

Саманта и Клэр удержались от того, чтобы сказать, что библиотека на втором этаже.

Ночью у их отца сладкое дыхание от выпивки, он все больше и больше времени проводит в лесу и все меньше в библиотеке. Обедают они чаще всего хот-догами и консервированной тушеной фасолью с бумажных тарелок в столовой на первом этаже под австрийской люстрой (в которой ровно 632 подвески из свинцового хрусталя в форме капелек), и их отец цитирует стихи Чарльза Читэма Раша, на что ни Саманта, ни Клэр не обращают внимания.

Он читал судовой дневник, который вел Раш, и говорит, нашел в нем доказательство того, что «Шляпа Специалиста» (знаменитейшее стихотворение Раша) – вовсе не стихотворение, и в любом случае написал его не Раш. Это нечто вроде скороговорки, которую повторял один из моряков китобойного судна, чтобы призвать кита. Раш просто записал ее, добавил окончание и сказал, что это его стих.

Тот моряк был родом с Мулатуппу, места, о котором Саманта и Клэр никогда не слышали. Их отец говорит, что этот человек был кем-то вроде волшебника, но он утонул, незадолго до того как Раш вернулся в «Восемь труб». Остальные моряки хотели выбросить за борт сундук волшебника, но Раш убедил их оставить все ему, пока он не сойдет на берег на побережье Северной Каролины.

Саманте и Клэр нужна няня, потому что их отец встречается с женщиной в лесу. Он отправляется туда по вечерам, они устраивают себе ужин и смотрят на звезды. Сейчас то время года, когда Персеиды видно каждую ночь, пролетающие по ясному небу. Их отец говорил, что он прогуливается с этой женщиной каждый день во второй половине дня. Она – дальняя родственница Раша; кроме того, говорил он, ему необходимо каждый вечер отдыхать и говорить с кем-то взрослым.

Мистер Кослак не остается в доме на ночь, но согласился найти кого-нибудь, чтобы приглядывать за Самантой и Клэр. Потом мистер Кослак куда-то пропал, зато появилась няня ровно в семь вечера. Няня, имя которой близняшки не смогли расслышать, носит синее хлопчатобумажное платье с короткими легкими рукавами. И Саманта, и Клэр считают ее хорошенькой, но старомодной.

Они были в библиотеке с их отцом, ища в атласе в красной кожаной обложке Мулатуппу, когда она пришла. Няня не стучала в дверь, просто вошла и поднялась по лестнице, будто точно знала, где их искать.

Отец поспешно поцеловал девочек на прощание (чмокнул второпях), сказал, чтобы хорошо вели себя, и тогда на выходные он отвезет их в городок посмотреть диснеевские мультики. Они подошли к окну и глядели, как он уходит в лес. Уже темнело, в воздухе летали жуки-светляки, будто желтые искорки. Когда их отец окончательно исчез среди деревьев, девочки отвернулись от окна и поглядели на няню. Она приподняла одну бровь.