Читаем Тьма полностью

Особняк в соседнем поместье стоял на широком склоне, покрытом газоном, с видом на парк. Там возвышались могучие дубы и сикоморы, раньше за садом ухаживали лучше, когда был жив прежний владелец поместья, модельер из Нью-Йорка. В начале длинной подъездной дороги возвышался шест, на котором был закреплен плакат с названием поместья – «Царство Божие», затейливыми серебристыми буквами.

Лай Вагал стоял в комнате на верхнем этаже, опершись о подоконник. Он смотрел наружу, на тот же самый узенький серп молодой луны, взиравший с небес на Хэйли и Линетт. Девушки шли меж деревьев. Если бы Лай знал, куда смотреть, то наверняка бы их увидел. Но он глядел на кинкажу, спящего у него на коленях.

Зверек появился с утра, два дня назад. Лай сидел на южной террасе с бабушкой, читая утреннюю почту: «Журнал Уолл-стрит» и квартальный отчет по отчислениям из «Би-эм-ай», жуя хлопья «Фрут лупе». Его бабушка мрачно глядела в чашку с хлопьями из отрубей, будто выглядывала в них неблагоприятные знаки.

– Лекарства приняла, ба? – спросил Лай. В его кофе упал лист с нависающей сверху ветки. Он мгновенно его вытащил (прежде чем бабуля примет лист за еще одно дурное знамение).

– А ты свои, Элайджа? – отрезала бабуля. Доев хлопья из отрубей, старушка протянула руку за своей чашкой кофе, черного суррогата из цикория. Ей было восемьдесят четыре, она пережила всех своих родственников и многих из друзей Лая.

– Вчера не принял, я знаю.

Лай пожал плечами. На стол упал еще один лист, а потом посыпалась кора и веточки. Лай поглядел вверх и показал пальцем.

– Гляди, – сказал он. – Белка, кошка или еще кто.

Его бабушка прищурилась и жалобно покачала головой.

– Ничего не вижу.

Трясущиеся ветки раздвинулись, и появился бурый зверек с изящными лапками цвета темного меда, слишком большой для белки; он вцепился в ветку, которая наклонялась все ниже, осыпая людей мусором. Лай отодвинул чашку с кофе и уже вставал, когда зверек упал прямо на последний номер «Нью-мьюзикл экспресс».

На мгновение ему показалось, что зверек не пережил падение. Он лежал, подогнув лапки и длинный хвост, будто муравьиный лев, прикинувшийся дохлым. Потом медленно открыл золотистые глаза, поглядел на Лая мутным взглядом и зевнул, высовывая длинный язык, ярко-розовый, будто губная помада. Лай рассмеялся.

– Он на дереве уснул! Это… как там ты его называла, ленивец.

Его бабушка покачала головой, сдвинув очки на нос.

– Это не ленивец. На тех трава растет.

Лай вытянул палец и осторожно тронул хвост зверька. Тот проигнорировал его действие, снова закрыл глаза и прижал лапки к блестящему меху на груди. На его шею кто-то надел ошейник, кожаный и со стразами, какие пожилые леди надевают на своих пуделей. Лай аккуратно повернул ошейник и увидел крохотную металлическую табличку в форме сердечка.

КИНКАЖУ.

Меня зовут Валентин.

764-0007.

– Угу, – сказал Лай. – Чтоб мне провалиться. Уверен, он принадлежит девчонкам, что по соседству живут.

Бабуля фыркнула и принялась собирать посуду. Рядом с кофейной чашкой Лая стоял контейнер с несколькими отделениями, где лежала недельная доза его лекарств. Контейнер был полон.

Зверек не делал ничего вообще, только ел и спал. Лай позвонил в городской зоомагазин и выяснил, что кинкажу едят насекомых, мед и бананы. И стал кормить его «Фрут лупе», йогуртом и мюсли. Однажды отдал ему моль, которую вечером поймал в спальне.

Этим вечером зверек снова спал, и Лай гладил его, бормоча себе под нос Он так и не позвонил по номеру, написанному на ошейнике.

Соседний коттедж отсюда был еле различим – белое пятно среди темных листьев и сплетенных веток. На самом деле этот коттедж принадлежал ему – давным-давно в нем жил садовник, ухаживавший за растительностью в поместье, а покойный модельер дружил с нынешним арендатором домика, тоже давным-давно. Последние четырнадцать лет домик снимала Аврора Даун. Впервые узнав об этом, Лай Вагал слегка усмехнулся, и риелтор принял это за недовольство.

– Можем прервать договор, – с тревогой сказала девушка. – На самом деле от нее никаких проблем. Обычная местная пьянчужка, но раз уж вы вступаете в права собственности…

– Об этом я и не думал, – ответил Лай и снова усмехнулся, качая головой. – Представьте себе, снова получить в соседи Аврору Даун…