Читаем Тюрьма (СИ) полностью

— Нет, я не автор, и если, как можно себе представить, с яблони упали два очень схожих и практически одинаковых на вкус яблока, мой след действительно обнаружится в одном из них, но чтоб при этом еще и вообразить меня самой яблоней, это, знаете ли, решительно невозможно. Фамилия настоящего творца проставлена на титульном листе, но она не имеет особого значения, это псевдоним, самим автором и выбранный. В сущности, сам этот автор тоже особого значения не имеет, он хотел заработать и подчинился требованиям издательства, а они состояли в том, чтобы роман без проблем вписался в струю криминального чтива и ничем в этой художественно бедной струе заметно не выделялся. Название — «Тюрьма — мой дом родной» — в издательстве придумали, так же назвали и весь тот том, изданный в 1996 году. Бог ты мой! Тогда люди жили все больше суетные, издерганные, гниловатые, почти оставившие всякую духовность, а в издательствах и вовсе преобладали торгаши от литературы, гонявшиеся за бульварщиной и выпускавшие ее колоссальными тиражами. Ни один подлинный классик не был порожден, ни одного по-настоящему достойного имени не вспомнить, ничего утешительного и согревающего душу не осталось от тогдашних упражнений в изящной словесности. Вы, новые люди, пришедшие в издательства и изгнавшие торгашей, вы гораздо благороднее, изысканнее, понятливее, вы не потеете, как потели те от своего усердия в погоне за наживой, вы, наконец, просто-таки здорово выхоленные. За вами будущее! Вы скажете, что я преувеличиваю, и я, пожалуй, соглашусь с вами, тем более что как раз перехожу к следующему соображению. Вы не увлекайтесь, не бросайте за борт все прежнее! — вот что я с самого начала хотел выразить. Осмотрительность нужна, как ничто другое, а циничное отношение к прошлому попросту недопустимо. Без прошлого — с чем сунетесь в будущее? Без него вы и сами вдруг окажетесь вчерашним днем! И чтобы этого не случилось — вот, перед вами рукопись, и я настойчиво предлагаю вам обратить на нее внимание. Я переменил название, и теперь роман называется так: «Тюрьма». Согласитесь, это не только проще и выразительнее, это, главное, не вульгарно, а прежнее название было откровенно, безгранично пошлым, меня тошнило от него.

Уже рассуждения незнакомца позабавили меня, но показывать этого не следовало, чтобы не сердить и не раздражать его, человека определенно самолюбивого и даже, может быть, заносчивого, и я позволил себе лишь следующее замечание:

— А не претенциозно ли оно несколько, это ваше новое название? Что будет, если некоторые увидят в нем, например, что-то символическое и станут смеяться, как дураки, или, скажем, мрачно усмотрят нечто тягостное, некие намеки…

— Это возможно, — торопливо перебил мой по-прежнему почти неразличимый собеседник, — и на этот случай у меня имеются определенные предвидения, можно сказать, предпосылки к тому, чтобы дураков практически сразу сбросить со счетов.

— О, это великолепная перспектива! — воскликнул я и принялся вытягивать шею в усилии точно уже высмотреть своего собеседника, коль того так крепко потребовало само мое изумление.

Уклончивый произнес насмешливо: