– Вообще-то нет, – Тин задумалась. Они специально пришли в этот небольшой лес, чтобы провести ритуал. Это место было притягательно для неё, оно давало чувство спокойствия, что было немаловажно для успешного исхода ритуала. Так или иначе, теперь придётся сказать об этом Модэусу, ведь он прилип, как банный лист, и уходить не собирается, а может, он даже сможет помочь.
– Какие-то вы неживые, – нарушил тишину Модэус. – Я думал, что друзья такой взрывной девчонки должны быть ей под стать.
– Мы устали, Модэус. Много дней почти без отдыха мы добирались сюда.
– Вы прошли испытание? – парню явно было странно сидеть в такой тихой компании. Вместо ответа на него взглянули три пары глаз: одни жёлтые с разрядами белых молний, другие огненно-красные, словно угли, и третьи чёрные, как бездонные провалы.
– Да вы тут все с изюминкой!
– Тин, где ты его встретила, такого бесстрашного? – Лия с интересом смотрела на Модэуса. – И как много он знает о наших изюминках?
– Встретила, когда мы отправились к Гроту, и он знает только обо мне. Ну, по крайней мере, про вас ничего не говорил. Что ты видишь в Лии и Локки? – Красное пламя пристально взглянуло в синее море. Парень помедлил с ответом, словно, формулируя его.
– Они тоже несут в себе силу, не такую разрушительную, как у тебя, но очень древнюю. И на вас всех словно дымка, теперь точно это вижу; до этого я думал, что у тебя она только из-за мощи магии, но сейчас вы все окутаны ею.
– Как ты это видишь?
– Не знаю, Тин, так же вижу, как и всё остальное. Вы несёте в себе древнюю магию, но ещё что-то новое, значит, прошли испытание?
– Прошли. Мы взяли то, что требовалось, это и есть древняя магия, но пришлось использовать магию напрямую, без Проводника, это новая магия.
– Так что же, вас теперь казнят или отправят куда подальше?
– Не хотелось бы казниться, – пробурчал Локки. – Мы выполняли задание Совета и без использования магии напрямую не справились бы; надеюсь, они это учтут.
– Ты оптимист. Насколько мне известно, использование магии напрямую запрещено по заветам Древних, а это основы сильвийского общества, если Совет вас простит, то тут же объявится ещё кто-нибудь, нарушит завет и будет ссылаться на ваш случай, утверждая, что у него не было выбора и это было необходимо.
– Такого не будет, – Тин откинула назад особо наглые волосы. – Совет не разглашает, как проходили испытания, он всего лишь объявляет тех, кто их прошёл. А если учесть, что наше испытание ещё и соревнование между нами и Мартой, Надин и Эвилем, то картина вырисовывается весьма и весьма занимательная.
– Не понимаю, есть ещё трое таких, как вы?
– Да, есть. Мы все, помимо магии своей стихии, можем использовать некоторые другие возможности. Лия, например, не только целитель, она ещё и заклинатель молний.
– Искорка! – выпалил Локки, глухо рассмеявшись.
– Вот как, этого я уже и не углядел бы, но я всё равно не понимаю, в чём занимательность картины?
– Да в том, что всё это спланировано. Слишком много совпадений. Нас послали туда, где уже погибли сотни одарённых магов, но не таких, как мы, и если бы мы не использовали магию напрямую, не использовали все свои ресурсы, то погибли бы.
– Стали бы ещё одними огненными цветами на том поле, – прошептала Лия.
– Какими цветами?
– Ещё, может быть, услышишь эту историю, раз уж собрался всюду следовать за мной.