— Да нет, ничего. — Гуров задумался. — Скажите, Михаил, а фамилия Красицын вам не знакома? Мажаров никогда не называл ее? Может быть, не в беседе с вами, а в постороннем разговоре?

— Нет, я не слышал от него такой фамилии, — ответил Еремин.

— А для чего Мажаров брал отгул?

— Он собирался поехать на рыбалку.

— И поехал? — Гуров приподнял брови.

— Знаете, — несколько смутившись, признался Михаил, — вообще-то мне это показалось немного странным. Не то, что он собрался на рыбалку, нет — он вообще увлекался этим, частенько выезжал. Удивило меня то, что он взял отгул для этого. Через день была суббота, выходной, вот и ехал бы себе. А он отпросился на пятницу. Что за необходимость? Да и сейчас только начало сезона! Нет, ловят, конечно, рыбу, вон на окуня стали выходить, но все равно несколько странно.

— А с кем он собирался рыбачить, не знаете?

— Мажаров на рыбалку всегда ездил один. Насколько я знаю, в компании он не нуждался. У него был свой катер, очень хороший, и место на лодочной станции. Катер у него приметный такой, красно-белый с волнистой полосой, и надпись «Виктория». Так его дочку зовут.

— А что за лодочная станция?

— Стоянок на побережье сколько угодно, — повел плечами Еремин. — И пунктов проката тоже. Они часто совмещены. Многие курортники любят порыбачить. Берут напрокат катера, яхты и выходят в море…

Еремин перешел на тему лодочного бизнеса на черном море, а Гуров, казалось, был погружен в свои мысли.

— Вы о чем задумались? — спросил Михаил.

— О том, ездил ли Мажаров на рыбалку перед смертью или нет? — ответил тот. — Вы, кстати, не видели его в день гибели?

— Нет. Последний раз мы виделись с ним в четверг. Он как раз сказал, что завтра не выйдет, так как взял отгул. Мы должны были увидеться в понедельник на службе. А в субботу его убили. Да, вот еще что. Он говорил, что на следующей неделе — то есть как раз теперь на этой — ему нужно идти к Орленко, докладывать о результатах работы, а он не знает, о чем докладывать. И не потому, что нечего, а как раз потому, что результаты были, но они вряд ли понравились бы Орленко.

— Михаил, опишите мне личность подполковника, — попросил Гуров. — Мне не совсем понятно: Мажаров работал по его распоряжению, то есть это был приказ Орленко — проверить подрядчиков, получивших деньги на строительство объектов к ЧМ. Вы же мне ясно дали понять, что Орленко намеренно зажимает рты тем, кто может что-то сказать о Мажарове, а Мажаров не хотел говорить Орленко правду. Почему? Орленко не заинтересован в том, чтобы изобличить воров?

— Орленко сам первый вор, — заявил Еремин. — Разумеется, это между нами. Но об этом знают все, просто говорить никто не станет, так как боятся. Да и доказательств нет. Орленко на короткой ноге с местной администрацией. Лучший друг многих влиятельных людей. Фамилий я вам перечислять не буду, но это известный факт. По субботам он, к примеру, с заместителем мэра в сауне отдыхает, а по воскресеньям часто гостит на яхте у городского прокурора. И приказ проверить подрядчиков отдавал не Орленко. Такое распоряжение пришло сверху, из столичного ОБЭПа. Орленко просто вынужден был его озвучить, но при этом его бы устроило, чтобы результаты показали, что с деньгами подрядчиков все в порядке. Потому как подрядчики с ним же и делятся.

— Что, прямо все? — не поверил Гуров.

— Я при дележе не присутствовал. Но здесь, в Приморском, ни один сытный кусок мимо рта Орленко не проплывает. Так что… Не мне, конечно, по званию вам советы давать, но вот как местный житель, знающий, что к чему, посоветовать могу. С Орленко нужно держать ухо востро.

— Это я уже и сам понял, — улыбнулся Лев, вспомнив о прослушке и видеокамере в собственном номере. Кроме подполковника Орленко, никто не знал, какой номер он займет. Более того, Гуров был убежден, что это по распоряжению Орленко его поселили в триста восьмом номере. Ведь телефонный звонок от подполковника с информацией о Мажарове и Рожкове поступил именно в гостиничный номер, а не на сотовый Гурова, который он оставил Орленко. То есть подполковник прекрасно знал, где именно поселился Гуров, и хотел удостовериться, насколько хорошо работает поставленный «жучок».

— Спасибо вам за беседу, Михаил, — протянул Еремину руку Гуров. — Вы возвращайтесь к себе на службу и спокойно работайте. Дайте мне ваш номер телефона, я вам сам позвоню, если будет нужно. Не стоит, чтобы в ОБЭПе знали, что мы с вами встречались.

Еремин продиктовал свой номер, и Лев забил его в мобильник. После этого вышел из машины, решив пройтись, чтобы обдумать услышанное и разработать план дальнейших действий.

Глава 3

Гуров не спеша шел по Приморскому, переваривая информацию и размышляя. Больше всего его интересовали документы, пропавшие у Мажарова. Что удалось раскопать майору, раз он так нервничал? Выяснил причастность подполковника Орленко к хищениям? Но чьим?

По словам Орленко, Мажаров в последнее время плотно занимался Рожковым. Рожкова звали Анатолий… И какому-то Анатолию, по словам Еремина, майор звонил за день до своей смерти.