Читаем Тихий остров полностью

Гуров подумал, что все это действительно просто слухи. Говорит, говорят… Все это нужно проверить. А Фоменко ничего конкретного не скажет, он уже дал это понять. В целом предварительной беседой с директором «Юго-стронга» Гуров был удовлетворен. Плохо, конечно, что информации, полученной от него, было маловато, но он и не рассчитывал, что Фоменко вот так, походя, в разговоре вдруг выведет полковника на убийцу Мажарова. В конце концов, он просто подрядчик и мог осветить лишь отношения внутри этого круга. Но все-таки кое-что новое Гуров из разговора с Фоменко узнал. Теперь нужно было проанализировать это, подумать, сопоставить с рассказом Гришечкина, которого он также планировал посетить.

И еще нельзя забывать про Мажарова. Надо искать документы, искать людей, с которыми он мог делиться своими наработками. Не может быть такого, чтобы человек был полностью замкнут. У Мажарова не было семьи, жил он один, в этом городе приезжий, но, так или иначе, у него должен был быть кто-то. Человек не может быть полностью одинок.

Попрощавшись с Фоменко, Гуров спустился вниз, причем воспользовался не лифтом, а лестницей. Кивнув на прощание секретарше, он вышел на улицу и двинулся по ней в сторону, ведущую к остановке. И вдруг откуда-то сзади показалась уже знакомая Гурову «Дэу» и медленно двинулась следом за ним.

Гуров прошел еще несколько метров вперед, нарочно замедляя шаг — так, что «Дэу» оставалось либо ползти черепашьим шагом, либо вообще затормозить. Водитель выбрал второе, и тогда полковник, круто развернувшись, быстро пошел прямо ему навстречу. Уже приближаясь к машине, он увидел, что водитель пытается повесить на лицо маску равнодушия, однако Льву все это уже порядком надоело, и он решил незамедлительно прояснить хотя бы этот момент.

Резко остановившись возле «Дэу», он наклонился к полуопущенному стеклу и спросил:

— Может, не будем в кошки-мышки играть? Прямо скажете, что вам от меня нужно?

Увидев лицо водителя, Гуров понял, что уже видел его сегодня. Это был тот самый мужчина в джинсовой рубашке, что курил на крыльце Приморского ОБЭПа, когда полковник выходил из здания. Ему еще тогда показалось, будто он специально его дожидался.

Мужчина посмотрел на Гурова, вздохнул, потянулся в сторону и, открыв дверцу со стороны пассажирского сиденья, коротко бросил:

— Садитесь.

— Да я как-то не планировал совершать никаких поездок, — с усмешкой ответил Гуров. — Люблю пешие прогулки, знаете ли.

— Я из полиции, — произнес водитель, доставая свое служебное удостоверение. — Служу в ОБЭПе. А вы — полковник Гуров из Москвы, и мне нужно с вами поговорить. Поэтому и прошу вас сесть.

Гуров выпрямился, немного расслабившись. Похоже, напряженного диалога не предвиделось. Он взял удостоверение и раскрыл его. Сидевший перед ним мужчина был капитаном ОБЭПа Михаилом Ереминым.

— Так вы сядете? — настойчиво повторил водитель.

— Но поговорить можно и в более удобном месте, — уже мягче сказал Лев. — Вон кафе через дорогу, почему бы нам не пойти туда?

— Потому что там нас могут увидеть, — ответил Еремин, — а мне этого совсем не нужно.

Гуров бросил на него задумчивый взгляд и сел рядом, закрыв дверцу. Еремин сразу же поднял тонированные стекла и тронулся с места.

— Не беспокойтесь, я не собираюсь вас похищать, — усмехнулся он.

— Если бы я беспокоился об этом, то не сел бы в вашу машину, — усмехнулся в ответ полковник. — О чем вы хотели поговорить?

— О Руслане Мажарове. Я так понял, в ОБЭПе вам о нем никто толком ничего не рассказал?

— Допустим, — уклончиво ответил Лев.

— И не расскажет, — уверенно кивнул Михаил. — С ними уже поработали. Кого-то припугнули, кому-то приплатили. Так что никто ничего не скажет.

— А вы расскажете? — в упор посмотрел на него Гуров.

— По крайней мере, я буду с вами откровенен, — повернулся к нему Еремин.

— Почему я должен вам верить?

— А я и не призываю вас верить. Игры «верю — не верю» в детском саду заканчиваются. Но просто выслушать меня вы можете? А уж как относиться к моим словам, решайте сами. Вы же потом наверняка их проверите. Только сразу предупреждаю — сведений у меня негусто.

— Вы хорошо знали Мажарова?

— Достаточно. Домами не дружили, но пивка после работы заходили попить. Делились кое-чем. Личным. Ну и соображениями по работе, конечно.

Гуров снова внимательно посмотрел на Еремина и спросил:

— Михаил, а что же с вами не поработали в отделе?

— Пытались, — криво хмыкнул тот. — Почему, думаете, я попросил вас в машину сесть? Мне совсем не нужно, чтобы в отделе знали, что я с вами откровенничаю. Если я оттуда вылечу, мне работы в Приморском не найти. Разве что сторожем в детском саду.

— То есть вас запугали?

— Со мной поговорили, — выразительно произнес Еремин. — И пытались использовать оба метода. То есть сперва мягко надавили, потом предложили деньги. От них я, правда, отказался, и тогда мне пообещали прибавку к зарплате.

— Кто? Орленко?

— А кто же еще? — невесело засмеялся Еремин. — Он у нас все решает. Как он скажет, так и будет. Да у него везде все схвачено.