Читаем Tierra de Esperanza полностью

— Abuelo Vlad, — мне не хотелось разочаровывать дедушку, но обнадежить его в этом случае, было трудно, — я конечно могу пообещать, что когда мы вернемся домой, займусь кошельком, но обещать, что взломаю — будет неправдой. К сожалению, такие кошельки, даже при наличии соответствующей аппаратуры, невероятно трудно «хакнуть».

— С этого места поподробнее, пожалуйста, — дедушка, как-то, не особо поверил в мой отказ, уж очень его впечатлили мои «подвиги» с телефоном майора, — у тебя же программа специальная для взлома есть.

— Саныч, это, примерно, как банковская ячейка, только не в банке, а у тебя в кармане, — неожиданно вмешался в разговор Иванчук, — у меня тоже есть такой, но для доступа к чужому кошельку нужна сид-фраза, [4] а ее нереально подобрать. Не «грузи» пацана, он — не волшебник.

[4] Сид-фраза, — это уникальная последовательность случайно сгенерированных слов, образующих своего рода пароль для восстановления доступа к криптокошельку.

— Короче говоря, посмотреть его содержимое — это задача не для слабаков? — abuelo зашел с другого боку, — но дома ты попытаешься? Так?

— Да, я обязательно попытаюсь, — успокоил я дедушку, обеспечив себе спокойную жизнь до возвращения в Эль Пуэрто, хотя понимал, что достать требуемую для взлома аппаратуру — задача сродни чистке Авгиевых конюшен для Геракла или, скорее, поиски золотого руна для Одиссея.

— Abuelo, а Мигель с Липским уходили, чтобы минировать бункер? — я вспомнил, что когда мы собирались уходить на яхту, сыщиков с нами не было, они где-то долго отсутствовали.

— Марк, а оно тебе надо? — вопросом на вопрос ответил дедушка, — не заморачивайся лишними проблемами, тем более, что это и не твои проблемы вовсе. Согласен caballero?

— Ну-у-у… — протянул, подумав, — скорее да, чем нет. Как-то так ты любишь говорить, abuelo? — невольно съехидничал я.

— И не то, чтобы да, и не то чтобы нет, — улыбаясь, нараспев проговорил дедушка, — я тут вот, что подумал: надо тебе к нам в Дмитров приехать, мы с бабушкой тебе настоящую Россию покажем. Мы сами, только когда с Дальнего Востока переехали, поняли, что Россия она здесь, в Дмитрове, в Ростове Великом, Суздале, Переславле Залесском. Мы ведь очень много путешествовали в свое время и по России, и за границей, а вот Русь-Матушку только там увидели и осознали, что она там начиналась, оттуда пошла по всей огромной своей территории, Поэтому, Марк, утрясем все текущие вопросы, да махнем домой к нам. Посмотришь, какова она Россиия. Проедем по Золотому Кольцу, выберемся на Соловецкие острова, в Крым, в Геленджик, по Волге прокатимся на теплоходе, а будет время и на Алтай доберемся. Я покажу тебе озеро Телецкое, Бирюзовую Катунь, по Чуйскому тракту проедем, посмотрим места, которые я давно твоей бабушке обещал показать… — дедушка замолчал и ушел в себя, вспоминая свои путешествия по его необъятной России, в которой мне, к слову сказать, уже не терпелось побывать.

Оставив abuelo с его приятными воспоминаниями, я перебрался к девушкам, встретившим меня дружными «предъявами», что я долго «где-то болтался», у них закончилось вино, а девушкам неприлично самим «шариться по холодильникам», и вообще, «я про них совсем забыл». По этому поводу подружки завалили меня на диванчик и у нас началась веселая возня, в которой не было победителей и побежденных, а присутствовали только безудержное веселье и азарт молодости, слегка подкрепленный легким алкоголем.

Вечерело. На горизонте уже маячил Пик Хиллаби — самая высокая точка Барбадоса, но бессердечная железяка — картплоттер с завидным упрямством отдалял от нас конечную цель перехода на полтора часа, притом, что яхта должна идти со скоростью не менее 12 узлов. Мы с Анютой поднялись на мостик полчаса назад и совсем не хотели его покидать. Нам не терпелось сойти на берег в марине Порта Сент Чарльз, прогуляться в ближайшее кафе и достойно о отметить возвращение. А затем — аэропорт Грэнтли Адамса [1] и прощай Карибы, да здравствует Европа!

[1] Международный аэропорт Барбадоса.