Читаем Тибетский гамбит полностью

—Он пришел в себя!.. Он жив!..

Зрение вернулось в мои глаза, и я увидел склоненные над собой встревоженные лица друзей. Сильно болел ударенный о пол затылок, а вот лбу было приятно и тепло. Рука старого тибетца, соседа по столику, лежала на нем, а сам он, сидя у меня в изголовье, непрерывно и нараспев что-то негромко бормотал, не отрывая глаз от лежащей на коленях старой буддистской книги.Как ни странно, я чувствовал себя намного лучше, чем прежде, и совершенно отчетливо помнил обо всем, что только что со мной произошло... Суетились чехи, друзья измеряли мне артериальное давление, а старик продолжал свое бормотание... Неожиданно он наклонился к моему уху и тихо произнес на хорошем английском языке:

—Как сказал Будда, один день жизни видевшего начало и конец лучше столетнего существования человека, не видящего начала и конца...

Я опять глянул в его удивительные глаза и вновь ощутил в душе чувство необъяснимой благодарности... Физические силы постепенно вернулись в тело, и можно было перебираться в отель. Прощаясь, я подошел к столику странного нищего-ламы, чтобы поблагодарить за участие. И тут в ответ им было сказано буквально следующее:

—Теперь ты на себе познал один из универсальных законов Вселенной. Он утверждает круговорот жизни и смерти как этапы на пути к просветлению. У каждого свой путь туда и оттуда, где ты только что был. Возьми книгу, которую я читал тебе. Это «БАРДО ТОДОЛ» — «Тибетская книга мертвых». Она понадобится в твоей жизни. Ведь, вернувшись оттуда, ты стал тем, кого именуют делог, а потому многое можешь, но еще больше — должен...

Но зачем мне книга о смерти? Я вроде не собираюсь по жизни заниматься похоронными обрядами!

Это не заупокойный требник... Это книга о самой жизни... Она для тех, кто хочет осознать сам смысл человеческого существования, в не зависимости от того, буддистом, христианином, иудеем или мусульманином он является. Я прочту тебе основополагающий стих «Бардо Тодол», и ты сам это поймешь:

Ты упускаешь время, не думаешь о приближающейся смерти, Занимаешься в этой жизни бесполезными делами. Неразумен ты, ибо пренебрегаешь предоставленной тебе Наилучшей возможностью для совершенствования. Если ты уйдешь из этой жизни с пустыми руками, Значит, ты следовал по ложному пути.

—Но как я прочитаю эту книгу, не зная тибетского языка?

—Иди... Многие будут помогать тебе в осознании непреходящих истин ее древнего учения. Кале-пеб, делог!..

Протяжно и низко гудят ритуальные трубы — рагдонги монахов, совершающих в монастыре Ронгпу свою ежедневную службу, а белоснежная на фоне ультрамаринового неба вершина Джомолунгмы кутается в мохнатую шапку черных облаков...Идем в базовый лагерь большим караваном яков, груженных синими бочками-контейнерами с грузом экспедиции. Унылыми вереницами тянутся встречные караваны, не желая уступать нам обледенелую тропу. Кто-то уже идет вниз, а у нас еще все впереди...В базовом лагере над одной из палаток трепещет на ветру российский флаг. Знакомимся с земляками, командой из Свердловска и Новокузнецка. Они буквально час назад спустились из передового лагеря. Г.Кириевский, А.Бологое, С.Борисов. Ю.Ермачек, В.Рагозин, В.Поволоцкий и А. Осипов сумели подняться на вершину без потерь. Они — опытные альпинисты; некоторые даже имеют почетную награду международной ассоциации — «Золотой ледоруб».Но и в этом сезоне не всем так везло. Помните, я уже поминал, как трагедией закончилась экспедиция двух югославов? Теперь о других подробностях этой невероятной истории.С помошью пары местных проводников югославы смогли подняться до высоты 7800 м, но затем одна связка атьпинистов сорвалась в трещину и погибла. Второго югослава одолела «горняшка», и ребята сообщили, что сейчас он лежит в передовом лагере с признаками отека легких. Его тибетский проводник спустился сюда в поисках яка, на котором можно было бы спустить пострадавшего до трассы.

Мы разговорились с этим парнем. И представьте себе наше удивление, когда выяснилось следующее: главное, что беспокоит его во всей этой трагедии, это не сам факт смерти, а то, что он не может своевременно провести особый посмертный обряд по погибшему товарищу!

Тибетец буквально страдал оттого, что прошло уже 2 дня после смерти друга, а он бездействует. Что «принцип сознания» погибшего (примерно так здесь называют душу человека) вот-вот очнется и, не услышав наставлений из «Книги мертвых», будет вынужден в муках блуждать по закоулкам Бардо.