Читаем The White Tiger Extrapolation (СИ) полностью

Ничего, мысленно сказал себе Леонард, глядя на крепко спящего Шелдона, который в обычных обстоятельствах редко засыпал где-либо, помимо собственной кровати, даже гостиничные номера были для него проблемой. Ничего страшного, это разрешится. Рано или поздно Родстейн поймет, что бесполезно ждать ответной симпатии от Шелдона, и его странная привязанность пройдет, просто не может не пройти.

И, в конце концов, Леонард спрашивал себя, какой вообще толк был от его беспокойств? Вот Воловитц и Кутраппали вообще, похоже, ничем не тяготились. И Леонард подумал, в самом деле, какого черта? Это все еще могло стать лучшими выходными в его жизни, а он почему-то не мог перестать думать о Шелдоне Купере.

– Леонард! – позвал его Воловитц, отвлекая от противоречивых мыслей. – Мы с девочками собираемся сыграть в карты «Мэджик» на раздевание, ты с нами?

Леонард был с ними всей душой.

Оставшееся до посадки время пролетело приятно и незаметно: Мелисса, Розалина и Фелиция проигрывали в «Мэджик» до тех пор, пока не оказались в одном белье, даже несмотря на то, что Воловитц отчаянно им подыгрывал (Леонард подозревал, что он делал это лишь за тем, чтобы тоже оголиться). Это была, пожалуй, их воплощенная в жизнь пубертатная мечта: три красивейших девушки, с готовностью разделяющие их увлечение задротскими играми и к тому же снимающие одежду. И Леонард пропустил момент, когда это произошло, но уже скоро, очень скоро его беспокойства не просто отодвинулись на второй план, а ушли, перестали существовать, словно их и вовсе не было.

Только когда роскошная пышногрудая Розалина поднялась, остановившись во главе салона в одном белье и прямоугольной синей форменной шапочке с белой оторочкой и объявила, что посадка состоится через десять минут и им всем нужно занять свои места и пристегнуться, Леонард словно опомнился. Он оторопело моргнул, и у него мелькнула мысль, что это было уже чересчур.

Он вдруг подумал, если самолет сейчас обрушится, как предрекал Шелдон, и они отправятся прямиком на небеса, то и поделом будет им всем.

– Лео, душка, ты не забыл про ремень? – лукаво улыбнулась ему Мелисса. Она опустилась перед ним на колени и сама застегнула на его поясе ремень безопасности, грациозно потянувшись, и у Леонарда от этого все перевернулось внутри.

Мелисса подмигнула ему знающе и дерзко, прежде чем занять кресло в конце салона.

– Да, Лео, ремень, не забывай об этом, – ядовито прошипела ему Пенни, сидевшая как раз на соседнем кресле. – Смотри, не потеряй штаны.

Она, естественно, и близко не принимала участия в игре в «Мэджик» на раздевание, и Леонард запоздало заметил, что она, кажется, на взводе.

– Пенни, ну зачем ты так? – сконфуженно пробормотал он. – Мы же все тут общаемся, просто приятно проводим время. Почему ты злишься?

– Я – злюсь?! – разъяренно прошипела Пенни. – Да черта с два я буду злиться из-за того, что вы трое ведете себя, как придурки, и распускаете хвосты перед девицами, которых уже оплатил для вас кто-то другой. Но знаешь что? То, что ты смог вот так вот запросто бросить Шелдона и пустить все на самотек – вот этого я от тебя не ожидала, Леонард.

– Что? – переспросил Леонард, едва веря своим ушам. – Ты злишься из-за Шелдона? При чем тут, ради Бога, Шелдон? Я не могу отвечать за его действия.

– И ты еще называешь себя его лучшим другом? – возмущенно спросила Пенни. – Только посмотри на него. Сам он отвечает за свои действия и того меньше. Если честно, я впервые вижу, чтобы кого-то так унесло с одного коктейля.

Леонард вздохнул.

– Послушай, Пенни, я скажу тебе одну вещь. Ты знаешь, Шелдон – не ребенок и не пятнадцатилетняя девочка, а я не нанимался играть роль его матери. Ради Бога, ему двадцать восемь. Тебе не кажется, что на этот раз будет лучше, если он справится сам?

Леонард сам удивился от своих слов, потому что неожиданно высказал Пенни то же самое, что высказывал ему Родстейн, что казалось ему таким неправильным еще совсем недавно. Но сейчас он действительно имел в виду то, что сказал, и он на секунду удивился, что Родстейну с такой легкостью удалось его переубедить.

Пенни была слишком зла на него, чтобы продолжать спор.

– Как знаешь. Но что-то мне подсказывает, что все это закончится слезами, – мрачно предрекла она.

*

Посадка прошла на удивление мягко, и вскоре они уже спускались вниз по трапу. Солнце стояло высоко в небе, воздух был жарким и влажным, и Леонарду казалось, если хорошенько прислушаться, можно уловить на своем лице принесенный с побережья атлантический бриз.

Шелдон уже оклемался и выглядел нормально, не считая некоторой бледности. Когда они отходили к зданию аэропорта, он бросил через плечо опасливый взгляд на маленький самолет, словно не мог поверить, что действительно преодолел все расстояние от Калифорнии до Флориды на этой штуке.