Читаем The Psychopatic Left полностью

Журнал «Тайм» писал, что Джонс призывал своих последователей писать ему письма, «анализирующие их отношение к элитизму, анархии, капитализму, социализму и их чувствам о сексе, власти и смерти». Сотни писем, найденных в Джонстауне «показывают склонность умов к самоуничижению и иногда саморазрушению». Авторы писем часто предлагали «Папе» свои услуги, чтобы убить «предателей», и предпринять другие террористические акты, и выражали свою готовность умереть. Одна из них заявляет:

«Папа, я уже пожилая, и я готова пойти и бороться за это дело, и мой муж тоже хочет. У моей жизни нет никакой цели, кроме как жить для социализма, и я готова отдать свою жизнь, так, чтобы социализм жил дальше. Гертруд Нэйлор».

Самокритика поощряла чувство скорее бесполезности, чем самоутверждения:

«Папа, я чувствую, что работаю не так напряженно, как я могла бы, и я чувствую, что я ленива в сравнении с другими здесь, которых я видела за работой. Я как контролер, чувствую, что я не дерьмо. Я вижу, что много дерьма продолжается, и я не в состоянии написать об этом или сообщить об этом, потому что я хочу выглядеть хорошей, и я хочу, чтобы я нравилась людям. Я слишком сильно ценю дружбу, именно поэтому я никогда не жалуюсь на людей, с которыми я близка. Я чувствую, что я слишком ориентирована на семью. Спасибо тебе, Папа. Ширли Бэйси».

Одна «учительница» детей коммуны была достаточно смела, чтобы упомянуть о том, что постоянный рев музыки и голос Джонса в течение большей части дня отвлекает, но уверила Джонса в своей преданности ему и в своей решимости стать хорошей коммунисткой:

«Джим, я не смогла сдать свою новостную статью. Здесь вокруг так много шума, что я не могу сконцентрироваться. Утро начинается с демагогии по радио (которое, кажется, теперь сделало перерыв), целый день постоянно звучит музыка или обсуждения дикторов, и к концу дня мои уши чувствуют, что в них взорвалась атомная бомба... Я надеюсь, что дети вырастут, чтобы быть целыми людьми, а не манипуляторами друг другом. Я прошла долгий путь, придя к мысли стать коммунисткой. Я действительно признательна тебе... Я буду больше слушать новости. Спасибо, папа. Дороти Брюер».

Мисс Брюэр здесь разъяснила доктрину, о которой она услышала от Джонса. Доктрина эта идентична доктринам Новых левых. В конечном счете, это была идея «терапевтического государства», за которое выступали Адорно и другие представители Франкфуртской школы: то, что необходим целый режим, основанный на психотерапии, чтобы излечить любой из их неврозов, вызванных репрессивным «истеблишментом». Джонс применял на практике то, чего требовали социологи Франкфуртской школы, гуманистические психологи и Новые левые. Это было - и остается - тоской, тревогой и страхом психопатов, которые полагают, что это они нашли путь к Утопии, и что нормальный мир нуждается в лечении.

Один белый контролер признавался в своей «вине» за менее почтительное отношение к темнокожему товарищу:

«Папа, я действительно сегодня переборщил. Я вышел из себя с Лулой Рубен, пожилой, ругаясь. Не в ней в смысле навешивания ярлыков, но, однако, я говорил с нею громко и недоброжелательно. Такое поведение со стороны белого контролера непростительно. Несколько других слышали это, и я уверен, что это все пошло [неразборчиво]. Ушла, говоря, что это было точно так же как в США... Я принесу ей извинения вовремя. Я ругаю сам себя за [неразборчиво], потому что это должно будет быть обнародовано, чтобы очистить воздух..., если кто-то [неразборчиво] привлечет к этому твое внимание... Джин [Чэйкин].

Как и в маоистском Китае, кажется, что он признался бы публично перед всем сообществом, и стал бы предметом оскорбления за то, что был не в состоянии вычистить в себе подсознательный «белый расизм». Тип навязчивого комплекса вины за то, что просто рожден белым, был внушен белым членам Храма народов, но он был особенностью самокритики Новых левых и остается характерной чертой левых сегодня. Факт рождения - это уже причина вины сам по себе, и любые следы неосознанного белого «расизма» должны быть вычищены. Мисс Кумер рассуждает, что ей следовало бы нести больше «вины», чем она делает из-за того, что провела много времени под опекой Джонса.