Читаем The Kills (СИ) полностью

— А как же без него, — он положил пару ложек из банки себе и мне на тарелку, меняя выражение лица на серьезное. — Скрытность недурно усложняет нам дело, — Люций вернулся к беседе по существу. — Расскажи мне про этот праздник, — попросил он, начиная есть.

— Это скорее сельская ярмарка под предлогом праздника, — я сделала паузу, отпивая кофе. — Все семьи продают на городской площади товары собственного производства: овощи, фрукты, мясо, выпечку, — перечислила все, что всплыло в памяти первым. — В общем, кто во что горазд, — я макнула блинчик в варенье на тарелке и сделала щедрый укус. — Вечером все ходят друг к другу в гости, опять же с едой, общаются со старыми друзьями. Короче, едят и бездельничают, — подытожила я.

— Значит на площади будут все жители города. Ну или почти все, — Люций сосредоточенно слушал меня, разглядывая дымящийся напиток в кружке.

— Ба, — заключила я с полным ртом.

— Это отличный шанс понаблюдать за отношениями в семье, — подметил он, прожевав. — Конечно, всех и каждого не получится узнать, но хотя бы увидеть в общих чертах.

— Ты столько всего знаешь о психологии этих людей, — я запила последнюю порцию завтрака кофе.

— Тебе так кажется. На деле у меня очень общие знания, почерпнутые из разных источников.

Люций отодвинул пустую чашку, сцепил пальцы в замок, немного наклоняясь вперед, вздохнул и продолжил:

— К сожалению, они не делают меня ни специалистом, ни профессиональным следователем, ни профайлером. Я могу опираться на них, но не принимать за истину в последней инстанции. Главными инструментами всё равно будут наблюдательность и логика.

— Знания лишними не бывают.

— Согласен.

— Посуда? — спросила я, встала из-за стола и переместила тарелки и кружки в раковину.

— Обязательно, — Люций взял полотенце в руки. — Вижу прогресс в самодисциплине.

— Твоими стараниями, — закатав рукава, я взяла губку и включила воду.

После уборки посуды Люций пошёл одеваться и вернулся из комнаты через пять минут. На нём были уже привычные чёрные брюки и туфли, только теперь вместо рубашки он надел водолазку, а взамен кожаной куртки — пальто, по-прежнему чёрные.

— Ты ведь в курсе о существовании других цветов? — я взяла с вешалки парку.

— Чёрный — хороший цвет, универсальный.

— Базара ноль, — брякнула я, застегивая молнию.

— Вот опять. Это я на тебя так влияю?

— Может быть, — я пожала плечами, открыла дверь и вышла в коридор.

Люций закрыл квартиру, мы спустились вниз и сели в машину. На самом деле можно было пройтись пешком, пользуясь хорошей погодой, но Люций заверил, что если нам понадобится куда-то поехать, мы только потеряем время.

На площади собрался действительно весь город. Вдоль неё тянулись стройные ряды разноцветных палаток, где жители разложили на прилавках свои товары. Торговые точки разбавляли шатры с развлечениями для отдыхающих, фастфудом и сладкими угощениями, возле которых толпились дети.

Погода стояла по-осеннему прохладная, но так удачно выглянувшее солнце сглаживало зябкость свежего ветерка, напоминающего не расслабляться.

Люций припарковал машину, выйдя из которой я тут же, по своей сложившейся за два года традиции, помчалась покупать сидр у одного из жителей города.

— Советую попробовать, — я покрутила в руке бутылку. — Дай зажигалку.

Он удивился, но вопросов задавать не стал, извлёк из кармана то, что я просила, и протянул мне. Я зажала зажигалку в кулаке, перехватив бутылку второй рукой как можно ближе к крышке, просунула пластиковый угол под неё и резко надавила. Крышка с хлопком отскочила в сторону, из горлышка потянулся белый дымок.

— Держи, — я протянула Люци мою импровизированную открывашку.

— Где ты этому научилась? Хотя подожди, — он поднял ладонь, — я угадаю ответ. Плохой район?

— Точно, — подтвердила, делая глоток. — Чего ты так удивляешься? У меня был друг, так он глазом мог пиво открыть.

— Надеюсь, ты не будешь так делать?

— Не, я ж накрасилась. Макияж ещё испорчу.

Он сделался таким изумленным, похоже решив, что ещё немного и я сяду на корты и начну стрелять у него сигареты. Меня так рассмешила его реакция.

— Да шучу, — успокоила я, переставая смеяться. — Я так не умею.

— Уилсон, — Люций улыбнулся и покачал головой. — Ты очаровательна.

Мне захотелось завизжать от такой милоты в мой адрес. Внутренняя девочка, недополучившая комплиментов за двадцать четыре года, во всю вопила:

«Какой мужик! Берём!»

Я похлопала накрашенными ресницами, кокетливо уводя взгляд вдаль. Люций довольно приподнял уголки губ на мою реакцию, обвёл взглядом площадь и остановился на одном из её участков.

— Ты, кажется, говорила, что огурцы тут ни при чём.

Он указал глазами на огромный надувной огурец, который кто-то креативный решил поставить возле своей торговой точки.

— Ого, — я присвистнула. — Какой большой, — изумилась и отпила из бутылки.

— Обычно я слышу подобную фразу в не столь людных местах.

У меня чуть сидр носом не пошёл, а пузырьки защекотали слизистую. Я закрыла рот ладонью и сделала глоток, едва пропихнув жидкость в горло. Меня пробрал смех.