Читаем The Graet Sea полностью

Первые контакты греков с Неаполитанским заливом относятся к микенским временам, судя по находкам керамики на острове Вивара. Эвбейцы основали базу на соседнем острове Искья около 750 года до нашей эры. Нет никаких признаков того, что они сознательно шли по стопам своих предшественников бронзового века; в то же время есть что-то странное в том, что первое греческое поселение в Италии железного века находилось так глубоко в Тирренском море. Вскоре последовало материковое поселение в Киме (Куме) в том же заливе.18 Полвека спустя спартанцы основали колонию в Тарасе (Таранто) в пяточной части Италии, на расстоянии легкого плавания от Ионических островов и Коринфского залива, и это кажется гораздо более логичным местом для первого, пробного поселения на италийской земле. Тем не менее, по слухам, финикийцы еще до этого времени плавали в Северную Африку и за Гибралтар, в Тартессос. Эти длинные, амбициозные маршруты нашли свое обоснование в поисках металлов, будь то медь и железо Тосканы и Сардинии или серебро Сардинии и южной Испании. Поздний греческий рассказ о финикийских плаваниях в Тартессос выражает удивление богатством, которое можно было найти на далеком западе, рассказывая, как эти купцы везли нефть на запад, а затем возвращались с "таким большим количеством серебра, что они уже не могли ни хранить, ни получать его, но были вынуждены, отплывая из тех мест, делать из серебра не только все необходимые им предметы, но и свои якоря".19 Как видно, свидетельств дружеских контактов между греками и финикийцами в этих водах достаточно, чтобы предположить, что открытие этих морских путей было в какой-то степени совместным предприятием, даже если крупные поселения, такие как Карфаген и Кима, приобрели отличительную этническую идентичность (в случае греческих городов не как греческие, а как эвбейские, дорийские или ионийские).

На обоих концах маршрута, соединяющего Эвбею с Искьей, есть своя загадка. Почему Эвбея должна была стать первым значительным центром заморской торговли и поселений после длительного спада "темного века", далеко не ясно.20 Эвбея - это длинный, поросший лесом остров, примыкающий к материковой Греции; расстояние до него составляет всего несколько миль, хотя Гесиод описывал свой беспричинный ужас перед пересечением даже этого узкого канала. Наиболее вероятное объяснение заключается в том, что два крупных города острова, Халкис и Эретрия, обладали прекрасными природными ресурсами и начали использовать их в местной торговле вплоть до Афин и Коринфа. Эвбея была богата древесиной, необходимой для кораблестроителей; действительно, в одном из гомеровских гимнов - серии поэм в честь богов, написанных в седьмом или шестом веке в гомеровском стиле и посвященных Аполлону, - она описывается как "знаменитая своими кораблями". Еще одним ресурсом было вино - раннее греческое слово woinos было перенесено в Италию, где этруски преобразовали его в слово, которое римляне услышали как vinum.21 Название одного из городов, Халкис, указывает на то, что эта местность была источником меди (халкон), а формы для отливки ножек треножников, найденные в Лефканди на Эвбее, датируются концом десятого века до нашей эры. В то время Лефканди был процветающим центром. Там было раскопано значительное здание с апсидой в конце; размером 45 м на 10 м оно датируется 950 г. до н. э. и было построено из глинобитного кирпича на каменном фундаменте, а его крыша была соломенной. Это был мавзолей великого воина, которого нашли завернутым в льняной плащ, фрагменты которого сохранились до наших дней, вместе с железным мечом и копьем, а в мир иной его сопровождали три лошади. В здании была похоронена женщина, а также золотые украшения и булавки из бронзы и железа.22