Читаем The Graet Sea полностью

После прихода чумы и резкого сокращения численности населения давление на продовольственные запасы Средиземноморья уменьшилось. Это не означало, что старая средиземноморская торговля зерном зачахла. На самом деле, она процветала: по мере того, как земли с низкими доходами были заброшены и отданы под пастбища, а другие районы стали заниматься производством таких продуктов, как сахар и красители, экономическая жизнь земель, прилегающих к Великому морю, становилась все более разнообразной. По мере роста специализации стимулировалась торговля самыми разными товарами. Средиземноморская экономика начала приобретать новые очертания. На первый план вышли местные контакты: такие товары, как древесина, переправлялись вдоль побережья Каталонии; шерсть отправлялась через Адриатику из Апулии в растущие города Далмации, а с Минорки (знаменитой своими овцами) - в Тоскану, где около 1400 года "купец из Прато" Франческо ди Марко Датини, к огромному удовольствию историков, следил за тем, чтобы каждый тюк был записан, а каждая часть корреспонденции - около 150 000 писем - сохранена.1 Один из его агентов на Ибице жаловался: "Эта земля нездорова, хлеб плохой, вино плохое - прости Господи, ничего хорошего! Боюсь, я оставлю здесь свою кожу".2 Но требования бизнеса были выше личного комфорта.

Купец из Прато также имел тосканских агентов в Сан-Матеу на испанском побережье, где они могли собирать лучшую арагонскую шерсть, в то время как в глубине Испании овцы завоевывали Месету, где миллионы животных паслись на возвышенностях летом и на плато зимой. Сфера влияния Датини простиралась до Магриба и на восток, к Балканам и Черному морю. В 1390-х годах он занимался работорговлей, в то время как черкесы с Черного моря и берберы из Северной Африки продавались на невольничьих рынках Майорки и Сицилии.3 Из восточных стран за пределами Средиземноморья он получал индиго, бразильское дерево, перец, алоэ, цедоари и галингалу, а также хлопок, мастику и сахар-рафинад из Великого моря. Из Испании и Марокко он импортировал, помимо огромного количества необработанной шерсти, страусиные перья, слоновую кость, рис, миндаль и финики. Он заказал в Валенсии обеденный сервиз, украшенный, как это было принято, его гербом, и был раздражен, когда через несколько лет сделал повторный заказ, а записи о дизайне не сохранилось.4

Датини был олигархом и не был типичным бизнесменом конца XIV века, но его карьера служит прекрасной иллюстрацией того, что торговля и обмен продолжали существовать. Ему удавалось вести дела в самых неблагоприятных обстоятельствах, даже когда миланский герцог рыскал по Тоскане в 1402 году, подмяв под себя все крупные города, кроме Флоренции. Средиземноморские купцы всегда умели извлекать выгоду как из войны, так и из мира. Однако произошло одно очень значительное изменение. В начале XIV века три великих флорентийских банка - Барди, Перуцци и Аччайуоли - установили тесные связи с королями Неаполя, рыцарями Родоса и правителями в глубине Европы, которые слишком сильно зависели от предоставляемых ими кредитов; но банки рухнули накануне Черной смерти, когда стало очевидно, что они накопили слишком много токсичных долгов (в частности, займы английскому королю). Пришедшие им на смену международные банки старались не допустить чрезмерного расширения и вели более скромную деятельность; так было и с банком Медичи, несмотря на политическую власть и известность контролирующей его семьи.5 Большая осторожность обеспечивала стабильную прибыль. Амбиции тоже были скромнее: каталонцы отправляли меньше галер во Фландрию и Англию, а Марсель, некогда важный торговый центр, померк в своем значении. Так возникли новые структуры, связанные с новыми ментальными установками.6 Городская жизнь стимулировалась не только растущей специализацией, отраженной в развитии ремесленных гильдий, но и миграцией в города деревенских жителей, чьи деревни перестали функционировать из-за нехватки рабочей силы. В Египте запустение почвы привело к пренебрежению ирригационными работами, которые поддерживали экологическую стабильность дельты Нила. Дельта обнищала, а заработная плата упала, в то время как на европейских берегах она, как правило, росла в ответ на ограниченное наличие рабочей силы7.7 Однако население городов росло, во многих случаях восстановившись до предчумного уровня к 1400 году, и это побуждало генуэзцев, венецианцев и каталонцев продолжать осваивать житницы Средиземного и Черного морей.