Читаем The Graet Sea полностью

Даже в 1184 году Акко был большим портом, а после введения новых привилегий для итальянских и других европейских купцов, начиная с 1190 года, он станет еще больше. Эти привилегии были предложены в качестве награды за отправку военно-морской помощи во время великой чрезвычайной ситуации, последовавшей за взятием Иерусалима и большей части королевства крестоносцев Саладином в 1187 году. Пизанцы смогли перенести свои дела из Яффы, которая находилась слишком далеко на юге, чтобы принести им все выгоды от левантийской торговли, на север, в Акко, откуда было легко добраться до Дамаска и внутренних районов страны. Не то чтобы Акко обладал особенно хорошей гаванью. Корабли стояли на якоре у входа в гавань, который (как и в большинстве средиземноморских портов) мог быть закрыт цепью, а товары приходилось переправлять с берега: она "не может принимать большие корабли, которые должны стоять на якоре снаружи, а маленькие корабли могут только входить". В плохую погоду корабли должны были причаливать к берегу. Хорошие гавани не были обязательным условием, когда средневековые купцы выбирали место для торговли - свидетелями тому были Барселона, Пиза и Мессина. Однако ибн Джубайр считал, что "по своему величию он напоминает Константинополь", имея в виду не размеры Акко, а то, как мусульманские и христианские купцы сходились там, прибывая на кораблях и караванах, так что "его дороги и улицы запружены людским потоком, и трудно поставить ногу на землю". Как всегда, ибн Джубайр поспешил скрыть свое восхищение увиденным от порицаний: "Неверие и нечестие там пылают яростно, и свиньи и кресты в изобилии", причем свиньи - это нечистые христиане, а также нечистые животные. Он смердит и нечист, полон отбросов и экскрементов".27 Естественно, он осуждал превращение крестоносцами мечетей в церкви, но отметил, что в бывшей Пятничной мечети был уголок, которым мусульманам разрешалось пользоваться. Отношения между франкскими поселенцами и местным населением были не такими напряженными, как хотелось бы Альмохаду ибн Джубайру или вновь прибывшим крестоносцам. Новые крестоносцы были озадачены легким отношением, которое они встретили. Пожилой шейх Шайзара в северной Сирии Усамах ибн Мункидх (1095-1188 гг.) оставил мемуары о своих временах, в которых рассказывается о дружеских отношениях между христианами и мусульманами. Он хорошо знал одного франкского рыцаря, о котором писал: "Он был моим близким товарищем и составлял мне такую постоянную компанию, что стал называть меня "мой брат""28.28 Франки Иерусалимского королевства мало что заимствовали из мусульманской культуры по сравнению с обширными культурными контактами, происходившими в это время в Испании и на Сицилии, и все же практическая конвивенция была достигнута. Ибн Джубайр был очень обеспокоен присутствием мусульман в этом христианском королевстве. "В глазах Бога нет оправдания пребыванию мусульманина в какой-либо неверной стране, кроме как проездом через нее, в то время как путь лежит через мусульманские земли", - писал он.29