Читаем The Alternative полностью

Для многих работников аналогия с болезнью не имеет смысла. Роуэн делит гиг-работников на три основные категории. Одни - это добровольные нерегулярные работники, которые по разным причинам хотят заниматься гигами. Некоторые - вынужденные нерегулярные работники: они хотят иметь работу на полный рабочий день, но не могут ее найти и поэтому переходят на гиг-работу по необходимости. Другие люди - основные нерегулярные - нуждаются в гибком графике работы по состоянию здоровья, семейным или иным обстоятельствам. По разумным оценкам, только эта последняя группа составляет, возможно, 30 процентов всей рабочей силы. "Может быть, у меня боли в спине, которые то появляются, то исчезают, так что я не знаю, смогу ли я работать завтра - узнаю, когда проснусь", - говорит Роуэн. "Может быть, у меня двое родителей больны болезнью Альцгеймера. Смогу ли я работать завтра? Придется решать в обед". Простое стремление уменьшить долю гиг-работы в общей экономике игнорирует тот факт, что значительное и растущее число людей вряд ли когда-нибудь будут работать на традиционной работе с девяти до пяти. Им не нужна ликвидация нерегулярной работы. Им нужно кардинальное улучшение ее качества, разнообразия и доступности.

Словосочетание "гиг-работа" стало синонимом особенно неприятной эксплуататорской модели рынка труда, но это не обязательно так", - сказал мне недавно Роуэн. "Люди могут работать ненормированный рабочий день на своих условиях, создавать портфолио и продвигаться по карьерной лестнице - но только государственные учреждения могут заставить эту модель работать, потому что у них есть уникальные потребности, рычаги и полномочия". Государственные платформы будут работать на программном обеспечении с открытым исходным кодом, как, например, система, созданная некоммерческой организацией Роуэна "Современные рынки для всех". Частные компании могут участвовать в торгах на право управления ими, следуя концессионной модели, используемой в некоторых национальных лотереях и национальных парках, но их доходы будут ограничены, и они будут служить общественным интересам.

Такой подход не будет опираться на одно лишь регулирование, чтобы сдержать голиафов гиг-работы. Он будет конкурировать с ними, объединяя множество вариантов работы в более широкий рынок труда, направленный на благо работников и общества. Подобно тому, как гарантия занятости, предлагающая удовлетворительную работу с хорошей зарплатой, может заставить частных работодателей улучшить качество работы, предоставление более привлекательных вариантов через общественную гибкую платформу труда может заставить низкокачественные платформы гиг-работы улучшить оплату и льготы. На самом деле, государственная платформа в стиле коммунальных служб могла бы облегчить работу по гарантии занятости: роли в государственном секторе могли бы быть доступны для любых работников в JG.

Чтобы проиллюстрировать мощь и эффективность коммунальных служб, Роуэн часто проводит исторические аналогии с водопроводными и дорожными системами в Англии и Америке XIX века. В Лондоне конкурирующие частные компании поставляли в город питьевую воду, которая, как правило, была загрязнена и доступна лишь спорадически. В Америке сотни компаний строили и эксплуатировали частные платные дороги, качество обслуживания, указатели и стоимость сильно различались. Когда государственные и национальные стандарты унифицировали дорожные системы, дороги стали дешевле, безопаснее и эффективнее. Параллельно с этим в Лондоне решались вопросы утилизации отходов и снабжения чистой водой. Такие пионеры общественной инфраструктуры, как Эдвин Чедвик и Уильям Фелпс Эно, один из героев Роуэна, помогли создать более безопасные, стандартизированные санитарные и дорожные системы в Англии и Америке. Вместо того чтобы использовать бесчисленные отдельные законодательные акты для навязывания частным компаниям единых стандартов безопасности и стоимости, правительства признали, что создание инфраструктуры, находящейся в государственной собственности или под управлением государства, может значительно повысить качество услуг. Правительства могут затопить долины для создания массивных водохранилищ и приобрести достаточное количество частной земли для создания безопасных и эффективных систем водоснабжения и дорог. Не менее важно, что их основным мотивом является обеспечение доступа населения к услугам, а не максимизация прибыли инвесторов.