Читаем Terra Nipponica полностью

Небо посылает как неблагоприятные, так и счастливые знамения. В случае обнаружения последних придворные возносят хвалы императору. Небо откликается на государевы дела, государь откликается на эти знаки, посылаемые Небом. Когда Небо довольно императором, тот благодарит его и проводит соответствующие социальные мероприятия. Так происходит их диалог. Когда обнаружились «чудесные облака», император Ниммё в ответ проводит масштабное повышение в рангах, оказывает материальную помощь малоимущим и старикам[103]. В данном случае император преобразует сигнал, посланный ему Небом, в «гуманность», направленную на его подданных. Когда после приношений синтоистским божествам с целью ниспослания дождя ночью вдруг раздается раскат грома, дающий надежду на долгожданный дождь, подарками в срочном порядке наделяются охранники дворца[104]. Видимо, потому, что других подданных ввиду позднего часа во дворце уже не находилось, а милость императора следовало явить незамедлительно – чтобы Небо не разочаровалось в государе и его гуманности.

Император – земное подобие Неба, которое выступает для государя в качестве эталона. Император Дзюнна возносит хвалы Небу и Земле, которые в положенное время даруют дожди. Поэтому и он, император, следуя этому образцу, тоже оказывает милости подданным. Сейчас, в разгар лета, когда все сущее напитывается солнечной энергетикой Ян, Дзюнна, в свою очередь, объявляет о мерах, приличествующих времени года: жалует рис монахам и престарелым, присваивает ранги определенным категориям чиновников, распоряжается о том, чтобы похвальные таблички были установлены перед домами родителелюбивых детей, детолюбивых родителей, образцовых мужей и жен. Эти таблички служат одновременно и удостоверением пожизненного освобождения от повинностей[105].

Государь внимательно следит за малейшими погодными изменениями и реагирует на них. Когда в столице идет снег, он жалует своим подданным (придворным) теплую одежду. В случае особенно сильных холодов он издает специальное распоряжение о выдаче сакэ[106]. Вряд ли окружающие государя придворные испытывали недостаток в одежде и алкоголе, их, безусловно, больше «грела» забота государя, реализовывавшего на всех уровнях свою функцию защиты подданных от экстремальных проявлений окружающей среды. В этот же разряд небоугодных дел попадали и добровольное сокращение императором и знатью личных расходов и отказ от части довольствия (эти меры принимались в случае вспышки голода в стране). Таким образом, все «практические» меры заботы о подданных (включая оказание материальной помощи, послабление в налогах и т. п.) в значительной степени следует признать ритуальными, поскольку они считались проявлением «гуманности» правителя, к которой Небо относится положительно.

Земная активность государя призвана обеспечить благорасположение Неба. Именно Небо выступало конечным адресатом в деятельности государя. Это объясняет определенную «нелогичность» его поступков. Так, государь Сёму дважды сетует, что в последнее время развелось много преступников, но, вместо того чтобы ужесточить наказания, он объявляет амнистию[107], ибо надеется на то, что Небо по достоинству оценит его гуманность, само воздействует на преступников, перевоспитает их и предотвратит будущие преступления. Дочь Сёму императрица Кокэн поступает точно так же, как и ее отец[108].

Небо – это не только эталон, оно одновременно является и «зеркалом», в котором видна земная ситуация, которая с земли не видна. Посылая знаки и знамения, Небо подает знаки, адресованные правителю. Он же должен дать им верную интерпретацию. Понимание мироустройства, при котором людское поведение является отражением настроения небесных сил, диктовало потребность в тщательном мониторинге небесной и земной сфер. Чтобы вовремя почувствовать настрой Неба, следовало тщательнейшим образом следить за природными явлениями.