Читаем Термитник Хеллстрома полностью

Все это в одно мгновение промелькнуло в голове Перуджа, и тотчас же дверь за спиной Крафта открылась и вошла женщина, спустившаяся в клети из-под потолка. По крайней мере, с этой женщиной все в порядке, успокоил себя Перудж. Но эта восьмерка! Это нечто из ряда вон!

– Фэнси! – раздраженно воскликнул Хеллстром.

Что она здесь делает? Разве он посылал за ней? Хеллстрому совсем не понравились ее блуждающая улыбка и выражение лица.

Перудж смотрел на Фэнси, на ее овальное, почти кукольное лицо и весьма привлекательную фигуру, отметив, что движется она, сознавая, какое впечатление производят на него контуры ее тела, угадывающиеся под тонкой тканью халата. Женщина заговорила с Хеллстромом, но все, что она делала и произносила, предназначалось Перуджу.

– Меня послал Эд, – объяснила она. – Он хочет, чтобы вы знали: мы должны переснять ту сцену с москитами. Вы в ней участвуете, помните? Я говорила, что придется переделывать. Москиты были перевозбуждены, но вы же никого не слушаете!

Потом женщина решила, что пора обратить внимание на Перуджа, и, приблизившись к нему, поинтересовалась:

– А это кто?

– Это мистер Перудж, – ответил Хеллстром с ноткой беспокойства в голосе. Что эта Фэнси затеяла?

– Здравствуйте, мистер Перудж! Я – Фэнси.

Хеллстром внимательно наблюдал. Что она делает? Стараясь придавить раздражение, Хеллстром глубоко вздохнул. Так, все ясно: Фэнси накололась стимуляторами и старается завести Перуджа. Но зачем? Впрочем, все уже работает. Перуджа так и тянет к Фэнси, и он не в состоянии понять источник ее магнетизма. Ни один из людей Внешнего мира не разбирается в химии подобных отношений. Крафт, кстати, на мгновение тоже стал жертвой ее мощной сексуальности, но Хеллстром сделал предупреждающий жест, и он пришел в себя, хотя и не сразу. Крафт давно жил вне постоянных контактов с Термитником и не пользовался средствами для сдерживания инстинктов. Перудж, тем временем, приходить в себя не собирался.

Хеллстром пока не решил, позволить ли Фэнси продолжить то, что она затеяла. Она играла в опасную игру без предварительных инструкций. Разумеется, было бы неплохо получить гены Перуджа, но…

Перудж стоял, ошеломленный. Он не мог припомнить, чтобы когда-нибудь столь сильное сексуальное возбуждение овладевало им. И женщина чувствовала это. Она хотела его, и это было очевидно. Неужели люди, приведшие его сюда, сыграли с ним злую шутку? Нет, вряд ли! Это просто случайное соединение разных химических элементов, и он об этом читал. Перудж вдруг услышал, что Фэнси спрашивает его о чем-то, а именно – не останется ли он ночевать на ферме.

Сделав над собой невероятное усилие, Перудж произнес:

– Я живу в городе.

Фэнси обратилась к Хеллстрому:

– Нилс, а почему вы не пригласите мистера Перуджа остаться у нас?

– Мистер Перудж приехал сюда по делу, – ответил тот, – и, наверное, намерен вернуться домой, в город.

Ничего Перудж не хотел так сильно, как остаться на ночь на ферме, вдвоем с этой потрясающей женщиной, но он уже начал улавливать внутренние сигналы тревоги.

– Какой вы, однако, нудный, – усмехнулась Фэнси, посмотрев на Хеллстрома.

Повернувшись к гостю, она поинтересовалась:

– Вы тоже работаете в кино, мистер Перудж?

Перудж попытался вырваться из этой плотной ауры сексуальности и вернуться к реальности более прозаической.

– Нет, – ответил он. – Я ищу друзей – своего сотрудника и его жену. Они пропали… где-то в этих местах.

– Надеюсь, ничего плохого с ними не случилось.

Хеллстром встал из-за стола и подошел к Перуджу.

– Фэнси, – произнес он. – У нас очень плотный график.

Перудж облизал пересохшие губы. Тело его дрожало. Восхитительная маленькая сучка! Наверняка ее заставили сыграть со мной в эту игру!

Хеллстром посмотрел на Крафта – не следует ли им применить силу и выдворить Фэнси из студии? Она накололась, это точно! Черт бы ее побрал! Помолчав, он обратился к ней спокойным, но уверенным тоном, с командными интонациями:

– Фэнси, возвращайся к съемочной группе. Скажи Сальдо, что сначала я займусь более неотложными проблемами, а Эду передай, что переснимать сцену с москитами будем позднее, к вечеру.

Фэнси отступила на шаг с видом победителя. Перудж был у нее на поводке, и она это знала – он едва не последовал за ней, когда она отошла.

– Какой вы, право! – воскликнула она. – Только и думаете, что о работе. Как будто вы старый зануда, каких тысячи.

Хеллстром понял, что насмехается Фэнси именно над ним. Однако она подчинилась – уроки Термитника усваиваются крепко.

Медленно повернувшись, Фэнси направилась к двери, бросив быстрый взгляд на Крафта, после чего остановилась в дверном проеме и посмотрела на Перуджа. Одарив его лукавой улыбкой, она насмешливо вскинула брови – молчаливый жест, предназначавшийся Хеллстрому, – и вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

Перудж закашлялся.