Читаем Теория риторики полностью

оратора, то новое, что он вносит, выражается в образе данной речи. Этот образ направлен на то, чтобы оказать влияние на аудиторию. В совещательной речи оратор одобряет или отклоняет те или иные мнения или решения, в судебной - обвиняет и защищает, в показательной --- прославляет или осуждает. Эти разделения пафоса даны как общие смыслы речи, вызванные предметом речи. При прославлении речь идет о почетном, при осуждении --- о постыдном. При обвинении и оправдании речь идет о том, что было в действительности, и к этому добавляется комментарий о том, в какой мере события и поступки соответствовали морали и праву. При совещательной речи оратор советует и склоняет ко благу, что может принести зло.

Так классифицируются типы пафосов в зависимости от этоса:

1. Почетное --- постыдное.

2. Оправдание --- обвинение.

3. (Склонить ко) благу --- (отклонить от) зла.

Эта классификация пафосов является основой риторики


Аристотеля. Вместе с тем эта же классификация относится Аристотелем и к поведению самого речедеятеля: если постыдно не уметь помочь себе телом, то еще более постыдно не уметь помочь себе словом. Она относится и к государству: сильно то государство, где организация речи, ее устройство сделано наилучшим образом.

категории


пафоса связаны с чувствами людей, так как пафос


речи пробуждает в аудитории эмоции. Но сами аудитории поразному заражаются пафосом речи. Здесь Аристотель дает классификацию аудитории с точки зрения ее способностей заразиться пафосом речи. Классификация аудитории у Аристотеля может быть названа патетической. Аудитории разделяются:

по возрасту


(молодые люди --- старые люди);

по достатку (богатые --- бедные);

по эмоциональному состоянию


(счастливые --- несчастные).

Молодая аудитория легко воспламеняется речью и легко склоняется под воздействием чувств к решениям и поступкам, старая, наоборот, настроена своим опытом и житейскими неудачами быть осторожной. Поэтому она с трудом поддается эмоциональному воздействию, ей трудно решиться на действия и поступки.

Богатые склонны искать выгоды, такая аудитория состоит из людей хитроумных, быстро анализирующих смысл речи и соотносящих смысл речи с возможной выгодой для себя. Это эгоистичная аудитория. Бедные представляют аудиторию с противоположными качествами. Эта аудитория тоже ищет выгоды, но не отличается способностями к быстрому анализу предлагаемых оратором мыслей и предложений.

Счастливая аудитория склонна к добродушию. Она снисходительна к оратору. В то время как несчастные, напротив, склонны быть желчными и критическими.

Таким образом, как показано на схеме 2.3, существуют признаки, разделяющие аудиторию на три подобных направления, в которых развиваются противоположные качества аудитории.

Схема 2.3


Это значит, что реальная аудитория может сочетать в себе разные качества, т.е. быть молодой и бедной, богатой и старой, старой и счастливой, старой и несчастной, старой и бедной. В зависимости от этих комбинаций пафос


почетного и постыдного в речи возымеет то или иное действие.

Поэтому образ конкретной речи, строящейся на том или ином типе пафоса, а точнее --- на комбинации тех или иных типов пафоса, создает определенные условия для успеха речи. Речь может иметь успех или провал, если пафос


и его словесное выражение не отвечают духовному состоянию аудитории, характеризуемому ее составом.

Характерно тройственное деление пафосов и аудиторий. Так, в судебной


, совещательной


и показательной речи


можно применить любой вид пафоса, но повод, по которому собралась аудитория, задает главный вид пафоса, который ожидает аудитория и который непременно должен быть представлен в речи данного вида.

Аристотель в связи с взаимодействием пафоса и видов аудитории предлагает наведение тех или иных видов эмоций как ведущего средства убеждения. Аудитори решает дело главным образом в зависимости от того, в каком она настроении или, точнее, в зависимости от того, как настроил ее оратор.

Схема 2.4


Первым основным видом речевой эмоции Аристотель называет страх и сострадани е. Страх есть естественное чувство опасения (за свою семью, жизнь, имущество, почет и т.д.). Сострадание вызывается видом несчастья, которое постигает других людей. Сострадание и страх --- родственные эмоции, так как сострадание вызывает страх за самих себя. Зрелище несчастья, происшедшего с другими, заставляет воображать, что подобное несчастье может угрожать и тебе самому. Поэтому сострадание вытекает из сочувствия к несчастью других, вызванного воображением того, что подобное несчастье могло бы случиться и с теми, кто видит несчастье других. Это неприятная эмоция. Поэтому требуется красноречие


, искусство слова, умение вызвать у аудитории разнообразные эмоции.

Но греки, составлявшие аудиторию, знакомую с диалектикой


, требовали доказательств . Практически более четверти "Риторики


" посвящено доказыванию


. Вводится понятие энтимемы (в отличие от силлогизма). Для доказывани через энтимемы, где рассматривается не логическая истинность, а вероятность ситуации, описываемой речью, нужно исходить из общих мест, или из топов (пока общие места и топы


Перейти на страницу:

Похожие книги

Тайны выцветших строк
Тайны выцветших строк

В своей увлекательной книге автор рассказывает о поиске древних рукописей и исчезнувших библиотек, о поиске, который велся среди архивных стеллажей и в потайных подземных хранилищах.Расшифровывая выцветшие строки, Роман Пересветов знакомил нас с прихотями царей, интригами бояр, послов и перебежчиков, с мятежами, набегами и казнями, которыми богата история государства Российского.Самое главное достоинство книги Пересветова — при всей своей увлекательности, она написана профессионалом. Все, что пишется в «Тайнах выцветших строк» — настоящее. Все это было на самом деле, а не сочинено для красоты, будь то таинственный узник Соловецкого монастыря, доживший до 120 лет и выводимый из темницы раз в году, или таинственная зашифрованная фраза на последней странице книги духовного содержания «Порог»: «Мацъ щы томащсь нменсышви нугипу ромьлтую катохе н инледь топгашвн тъпичу лню арипъ».

Роман Тимофеевич Пересветов , Роман Пересветов

История / Языкознание, иностранные языки / Языкознание / Образование и наука
Город костей
Город костей

Там, где некогда бороздили волны корабли морские, ныне странствуют по Великой Пустыне лишь корабли песчаные, продвигаясь меж сияющих городов. И самый главный из городов — Чарисат. Город чудес, обитель стройных танцовщич и отчаянных бродяг, место, где исполняются мечты, куда стремится каждый герой, каждый авантюрист и искатель приключений. Город опасностей и наслаждений, где невозможно отличить врага от друга, пока не настанет время сражаться… а тогда может быть уже поздно. Город, по улицам которого бредут прекрасная женщина и обаятельный вор, единственные, кто в силах обмануть жрецов страшного культа, несущего гибель городу мечты…

Марта Уэллс , Майкл Коннелли , Кассандра Клэр

Триллер / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Языкознание, иностранные языки / Фантастика / Любовно-фантастические романы
«Дар особенный»
«Дар особенный»

Существует «русская идея» Запада, еще ранее возникла «европейская идея» России, сформулированная и воплощенная Петром I. В основе взаимного интереса лежали европейская мечта России и русская мечта Европы, претворяемые в идеи и в практические шаги. Достаточно вспомнить переводческий проект Петра I, сопровождавший его реформы, или переводческий проект Запада последних десятилетий XIX столетия, когда первые переводы великого русского романа на западноевропейские языки превратили Россию в законодательницу моды в области культуры. История русской переводной художественной литературы является блестящим подтверждением взаимного тяготения разных культур. Книга В. Багно посвящена различным аспектам истории и теории художественного перевода, прежде всего связанным с русско-испанскими и русско-французскими литературными отношениями XVIII–XX веков. В. Багно – известный переводчик, специалист в области изучения русской литературы в контексте мировой культуры, директор Института русской литературы (Пушкинский Дом) РАН, член-корреспондент РАН.

Всеволод Евгеньевич Багно

Языкознание, иностранные языки