— Ох, темнишь, пан участковый! Ну, и не говори, не надо. Сама узнаю. Что же делать с тобой? Посиди-ка минутку. Я вот этих хлопцев отпущу и к гардеробщикам сбегаю — они часто в карты режутся.

И она выпорхнула из подсобки. Младший лейтенант был доволен. Карты и невесту — это он здорово придумал! Найден нужный, интимный тон разговора. Теперь он должен, не спугнув буфетчицу, сделать свое дело: выяснить, знает ли она Маркела Казанка и не видела ли его накануне шестнадцатого или в ночь убийства.

Роза принесла карты и велела Прокопчуку сесть на колоду, потому что они, мол, только что были в ходу и нужно сбить с них кривду, чтобы правду сказали. Все это она произнесла очень серьезно, как опытная гадалка.

Сидя на колоде карт, Прокопчук, вроде бы между прочим, спросил:

— А ты, Роза? Когда тебя-то замуж выдам?

— А зачем? Разве я уже старею? — лукаво улыбнулась цыганка. — Спешить пора?

— Вроде бы нет. Куда тебе спешить. Просто охота выпить на чьей-нибудь свадьбе. — И младший лейтенант весело рассмеялся.

— Выпьешь, Мишуня. У меня на свадьбе! На всю железку, на весь белый свет, по-цыгански! Может быть, и ждать уже недолго…

— Ишь ты! — искренне удивился Прокопчук. — Кто же этот счастливчик? Из наших ребят? Или это тоже служебная тайна?

— Э-э, не такая я скрытная, как ты, Мишуня. Цыган он. Нашего роду-племени. Из города Орла и сам орел.

— Ну, если орел, то я молчу. Куда нам тягаться! Подумал, что из наших тебе кто-то по сердцу пришелся. Но пока еще ни разу не видел, чтобы ты с кем-нибудь гуляла — все одна да одна. Не весело тебе, наверно: он — там, ты — тут.

— Приезжал он ко мне недавно. Прозевал ты — милиция! Вот скоро вернется — познакомлю.

— Обязательно познакомь! Интересно посмотреть, кто нашу Розу приворожил. А звать-то его как, по-нашему или с цыганским уклоном?

— Ну ладно, давай карты — слезай! А то сейчас мои клиенты скандал устроят… А звать его, моего-то — Маркелом.

— Маркел, — уважительно произнес Прокопчук. — Хорошее имя. Звучное… Ага, карты! Сейчас! — Он вытащил колоду из-под себя. — А то я себя уже наседкой почувствовал, и вставать не хочется.

Роза рассмеялась. Ей льстило, что сам участковый инспектор милиции так запросто и дружески с ней разговаривает, да еще просит ее о помощи.

— Роза! Розочка! — звали ее жаждущие клиенты. — Розочка, где ты? Ждем!

— «Красную розочку, красную розочку я тебе дарю!» — запел кто-то у стойки хриплым голосом.

— Я занята! У меня милиция! Проверка! Можете подождать! — Роза на мгновение высунула голову из подсобки и, обернувшись, подмигнула Прокопчуку. — Страдальцы… Так на кого гадать? Масть какая — блондинка, брюнетка? А может, рыженькая, а? Думай про нее, когда гадать начну.

— Блондинка, — наобум брякнул младший лейтенант, никого не имея в виду. Вообще-то нравились ему шатенки. Но еще больше нравилась сейчас собственная смекалка и то, как виртуозно справился он с заданием и вышел на цыгана Маркела. Оставалось выяснить только один вопрос, правда, самый главный, но участковый уже не сомневался в успехе.

— Блондинка, — говорила тем временем Роза. — Бубновая дама, значит. Что за вкус у мужиков! Брюнетки лучше. Брюнетки — они горячие, жгучие, — вздохнула Роза. — Давай снимай, левой, левой рукой!

— Говоришь, недавно приезжал твой Маркел… А какого числа, не помнишь?

— Счастливые о числах не думают! — засмеялась Роза.

— Наверно, пятнадцатого или шестнадцатого? — решил помочь ей младший лейтенант.

Карты замерли в руках цыганки. Потом она снова начала раскладывать колоду. Но медленнее, как бы машинально.

Прокопчук понял, что совершил грубую ошибку.

— Ошибаетесь, начальник, не пятнадцатого и не шестнадцатого, а совсем другого числа, другого месяца, другого года. — Она не сводила теперь с офицера подозрительного взгляда. — А с чего бы это милиция интересуется Маркелом? Что-то натворил?

— Да я так просто, — пытался вывернуться Прокопчук, не глядя в злые глаза цыганки. — Что в голову пришло, то и спросил.

— С такой головой и венчаться ни к чему! — Роза вскочила и раздраженно швырнула карты на стол.

— Ну, ну! — только и смог проговорить младший лейтенант. — Не забывай, я при исполнении!

— Знаю: служебная тайна, служебная тайна! — напомнила Роза участковому его слова. — Не выпадает тебе нареченной, начальник! Свадьбу карты не показывают! — Она не могла себе простить, что оказалась в дураках, попавшись на удочку милиционера. — В другой раз погадаю. — Цыганка смахнула карты со стола и сунула в карман фартука. — Меня вон люди ждут.

И, оставив инспектора в растерянности, метнулась к стойке.

3

Комсомольское бюро собралось не на втором этаже, а в кабинете замполита. Во-первых, нескольким человекам удобнее разговаривать в небольшой комнате, а не в пустом зале. Во-вторых, замполит Арутюнов оказался в это время единственным оставшимся на заставе офицером, и ему в любое время могли позвонить.

Но Павел Онищенко расценил это по-своему: решил, что замполит взял заседание под непосредственный контроль, чтобы члены бюро были требовательны к нему, Онищенко. Ведь первым вопросом повестки дня стояло его персональное дело.