Читаем Тень сбитого лайнера полностью

Супруга не стала называть имена, но Федор Степанович знал, о ком речь. Заводы, шахты, металлургические предприятия страны принадлежали небольшой группе лиц, среди которых был и его одноклассник Коломский. Разбогатев, он потянул за собой Федора Степановича, протолкнул его сначала в местные органы власти, потом – в СБУ.

– Твой Коломский не подчиняется даже президенту, – продолжала жена. – Посмотри, как его все боятся!

Федор Степанович вдруг встал.

– Ты куда? – встрепенулась жена.

– Мне надо позвонить.

На улице было тепло и тихо. Лишь где-то грустно пел сверчок, да едва слышно шелестели крыльями в свете фонарей ночные бабочки. Пройдя по дорожке вглубь сада, Федор Степанович достал телефон и набрал номер Ливчука.

Заштатный журналист по кличке Ливер привлек внимание СБУ своей нетрадиционной сексуальной ориентацией еще в девяностых. Долгое время данное обстоятельство позволяло держать Ливчука на коротком поводке и лепить из него чудовище. Проект удался. Сейчас СБУ получило универсальный инструмент в лице этого негодяя, ставшего депутатом, и движения «Правый сектор», созданного им.

Эпатажный политик с наполеоновскими амбициями в угоду карьере не брезговал ничем и был готов на любые жертвы. Практически ни один скандал и драка в Раде не обходились без его участия. Ливчук был организатором расстрелов пикетчиков на Майдане и демонстрантов на Институтской. Его стараниями бесследно исчезали журналисты, бизнесмены и политики, не угодные новой власти.

– Слушаю!

– Это Морочко.

– Замечательно! – радостно протянул депутат. – Рад вас слышать! Как здоровье?

– Неважно. – Федор Степанович оглянулся на крыльцо, где маячил охранник, и заговорил тише. – Один человек меня беспокоит. Как бы решить вопрос с ним?

– Нужно встретиться и обсудить, – ответил Ливчук. – Скажите место и время.

– Давай я сам тебя найду, – предложил Федор Степанович.

– Идет! – Ливчук даже отчего-то обрадовался.

На следующий день машина Федора Степановича подъехала к выезду из гаража, расположенного под элитной новостройкой, и встала.

Почти сразу рядом мягко скрипнул тормозами джип Ливчука.

Тот выбрался из него и сказал:

– Доброго здоровья, Федор Степанович!

Подполковник СБУ посмотрел на водителя и приказал:

– Погуляй пока!

– Рад, что мы будем работать вместе, – заявил депутат, расплылся в улыбке, перебрался в машину Морочко и обдал его запахом дорогого одеколона.

«А я так сказать не могу», – мысленно ответил ему Федор Степанович, вздохнул и спросил:

– Торопишься?

– Через час у меня встреча, – подтвердил депутат.

– Есть такой Рахильский…

– Это который еврей?! – вмиг переменившись в лице, уточнил Ливчук. – Кажется, Арон Александрович?..

– Точно! – обрадовался Федор Степанович и тут же насторожился. – Вы случайно не друзья?

– Сплюнь! – Ливчук нахмурился. – Я и еврей? Ты меня обидел.

– Извини. – Федор Степанович виновато улыбнулся.

– И что эта гнида сотворила?

– Почему гнида? – Федор Степанович, обрадованный реакцией ярого националиста, сделал вид, будто удивился. – Хотя ты прав.

– Рассказывай! – Ливчук словно школьник сложил руки на коленях и приготовился слушать.

– Ты, наверное, знаешь, что при СБУ имеется консультативный отдел…

– Да, конечно. – Ливчук выразительно кивнул. – Там даже есть мои хорошие друзья: Том Джерриксон, Майклоф…

«Наверное, тоже педерасты. А чего удивляться? Не будь ты голубым, и мы не обратили бы на тебя внимания», – подумал Федор Степанович, а вслух сказал:

– Эта, как ты выразился, гнида, тоже в него включена.

– От Израиля, что ли? Везде пролезут! Никуда без них!

– В Израиле у него много родственников. Рахильский регулярно их навещает, – продолжал Федор Степанович. – Нас заинтересовало, почему он практически всегда ездит через Москву.

– И что? – Ливчук заерзал.

– А ты как думаешь? – Федор Степанович прищурился.

– Еврей работает на москалей!..

– И имеет там счет, на который после каждого визита поступают приличные суммы, – договорил Федор Степанович.

– Вот оно что! – Ливчук ударил себя по колену и посмотрел вперед. – Убивать таких надо. Медленно! Я бы прямо на площади колы вкопал и всех сажал на них.

– Я недавно ездил с ним в командировку. – Федор Степанович видел, что депутат созрел, и перешел к главной части разговора. – Там у нас с ним состоялся серьезный разговор. Рахильский был предельно откровенен и признался, что работает на русских. Он сделал это на трезвую голову и заявил, что если я попытаюсь это доказать, то у меня возникнут проблемы, поскольку у него хорошая репутация среди американских коллег.

Ливчук молчал.

– Я знаю, какую роль ты и твои люди сыграли зимой, – осторожно продолжал Федор Степанович. – Вы работали безупречно. Все, начиная с расстрела демонстрации на Институтской и стрельбы на Майдане, – просто классика.

– Ты хочешь, чтобы его не стало? – задумчиво спросил Ливчук.

– За ним стоит Коломский, – предупредил Федор Степанович. – Что задумал олигарх, непонятно даже президенту.

– А может, они вместе что-то задумали, а непонятно СБУ? – выдвинул свою версию Ливчук. – Так ты хочешь, чтобы этот еврей пропал без вести? – напрямую спросил он.