Читаем Тень над Вавилоном полностью

Грохот выстрела был оглушительным. Перед Полковником зависло водяное облако из мельчайших капелек, взбитых с влажной травы газами из дульного среза. Какое-то время они с егерем ничего не видели. Буквально через полсекунды с небольшим до них донеслось безошибочное «бамп» ударившей в тело оленя пули. Водяная взвесь рассеялась, и они осмотрелись. Олени уже ускакали прочь.

Старый бык только-только начал подниматься, как вдруг ощутил сильнейший удар с правой стороны тела, около фута за передней ногой. Удар чуть было не сбил его снова на землю. Звук винтовочного выстрела достиг его ушей меньше чем через четверть секунды. Ему уже не раз приходилось слышать его раньше, и неизменно этот звук предупреждал об опасности – человек. Оленю удалось удержаться на ногах. Ни один человек, попади в него такая же пуля, не смог бы даже пошевелиться, но благородный олень – поразительно крепкое животное. Глянув в ту сторону, откуда донесся звук, бык увидел поднявшееся из травы туманное облачко. В лишних свидетельствах опасности не было нужды – олень стремглав бросился вскачь.

– Попали, Полковник! – Егерь смотрел в бинокль, как разбегаются животные. – Да, попали. Достаточно метко, но куда именно, сказать наверняка не могу. Если ранение в область сердца или легких, то он свалится через сотню ярдов, а то и раньше, но, думается, вы попали немного отступя. Лучше дайте-ка мне на всякий случай винтовку.

– Этот старый хрыч дернулся, Дэнни! – После пережитого напряжения и молчания во время охоты Полковник неожиданно стал многословным: – Этот чертов бык пошевелился как раз тогда, когда я выстрелил! Проклятье! Еще бы хоть полсекунды – это все, что мне было нужно!

Бык убегал. Он чувствовал непривычную слабость и нехватку воздуха, а его ноги слегка подкашивались. Но кровь разогнала адреналин по всему телу, и инстинкт самосохранения увлекал его вперед.

Самки уже ускакали, быстро и без усилий преодолевая неровности земли, и олень устремился за ними. Через сотню ярдов стадо перетекло через край распадка и исчезло из виду. Дэнни вскочил на ноги.

– Вставайте, Полковник, мы не должны его упустить. – Он помчался вперед, и Полковник следом за ним.

Дэнни чуть-чуть не добежал до края распадка и, бросившись на землю перед травянистой кочкой, стал прилаживать винтовку к плечу. Он передернул затвор, выбросил пустую гильзу Полковника и заслал в патронник новый патрон. Несколько олених уже появились в их поле зрения. На приличном от охотников расстоянии олени быстро взбирались по дальнему склону распадка в сторону седловины на вершине холма. Полковник поравнялся с егерем.

– Почему мы остановились? – отдуваясь, спросил он. – Не лучше ли будет не задерживаться?

– Видите тех олених, Полковник? Это те же самые. Ваш бык либо упадет замертво на дне распадка, либо пойдет почти тем же путем, что и самки. Он для него будет самым легким, даже несмотря на то, что придется карабкаться вверх. Думаю, если вы не против, мне лучше выстрелить.

Полковник улегся рядом с Дэнни и искоса бросил взгляд на егеря. Что он имел в виду, сказав, что ему лучше выстрелить? Отсюда? Стрелять с такого расстояния просто нелепо. Ради всего святого, о чем он говорит? Вне всякого сомнения, было бы лучше продолжить преследование оленя в надежде, что тот, ослабев, опустится на землю.

Лицо егеря выражало спокойствие. Через несколько секунд его глаза сузились от напряженного внимания. Полковник проследил за его взглядом. Бык появился там, где и предсказывал Дэнни, он поднимался прямо напротив них по той же тропе, что и самки.

– О, Господи, – пробормотал Полковник, – я его только подранил. Теперь он черт знает как далеко. Господи, какое несчастье!

– Полковник, мне сейчас нужно сосредоточиться. – Дэнни упер винтовку в плечо и приник глазом к прицелу.

Полковник снова скосил взгляд и посмотрел на егеря более внимательно. Не может же быть, чтобы тот всерьез собирался стрелять прямо отсюда?

Бык находился ярдах в пятистах от них, изрядно поотстав от своих олених. Он чувствовал огромную слабость: место, куда попала пуля, уже полностью онемело, а из глубины желудка начинала подниматься тупая боль. Спускаясь в распадок, олень закашлялся, раз-другой споткнулся и чуть было не упал, но теперь, когда он поднимался вверх, удерживаться на ногах стало легче. Странное ощущение внутри тела придавало ему необходимый дополнительный страх. Хотелось прилечь и отдохнуть, но инстинкт гнал его вперед.

Дэнни спустил курок. Со скоростью почти две тысячи миль в час пуля пронеслась над пустынным распадком. В пятистах ярдах от стрелка и чуть меньше чем через три четверти секунды она поразила цель.

Старый бык так и не услышал выстрела. Вместо этого он ощутил второй сокрушительный удар в заднюю часть шеи, как раз над плечами, а затем – забвение. Эхо выстрела отразилось от склонов распадка и прогремело вниз, в сторону лесистой долины.

Бык изогнулся и рухнул замертво. Полковник с трудом воспринимал случившееся.