Лежа под Хауардом, Мораг ощутила, как изнутри в ней медленно поднимается давно забытое чувство. Тихо застонав, она прижалась к нему еще крепче, утопив кончики пальцев в его спине. Она снова застонала, теперь уже громче, и ладонь Хауарда накрыла ее рот. Его губы коснулись ее уха, затем шеи, на нее стали накатывать и захлестывать непреодолимые волны удовольствия, этого чудесного, сладострастного чувства, которое она не испытывала уже столько лет… она извивалась и беззвучно стонала в его ладонь, дрожа и выгибая спину от острого желания… затем мягко осела, с влажной кожей, расслабленная, как никогда до этого… но он продолжал движения, и она снова стала отзываться – медленно и с приятным удивлением… такого не может быть… слившись воедино, они перевернулись, теперь она была сверху… вздымающиеся волны вновь обрушились на нее, на этот раз еще более сильно, невыносимо приятно… она испытывала чувство, что вот-вот умрет… и снова кончила… О Боже, это было так здорово, так прекрасно… но, Господи, он все еще движется, он что, вообще не собирается останавливаться… не знаю, смогу ли я выдержать это еще раз…

Когда Мораг открыла глаза, то увидела, что он пристально смотрит на ее лицо. Она издала глубокий вздох удовлетворения. Его губы снова коснулись ее губ, на этот раз мягко и нежно, он прижал ее к себе, лаская тело и что-то нашептывая на ухо. Ее глаза сияли от удовлетворения, она опять нашла его губы и глубоко с любовью поцеловала. Он отнес ее к постели и, прежде чем уложить, откинул покрывало. Она протянула к нему руки, и он лег с нею рядом. Через какое-то время, нежно обнявшись, они заговорили, стараясь, чтобы голоса звучали шепотом и не разбудили Шилу в соседней комнате. Мораг почувствовала, что постепенно проваливается в сон, она свернулась калачиком в его объятиях, и последним ее воспоминанием было, как он шепчет, что никогда не видел такого прекрасного лица, как у нее…

В пять утра Эд Хауард тихо поднялся с постели. Ветер утих: снаружи было мирно и покойно. Он поцеловал Мораг в лоб, она вздрогнула и улыбнулась во сне. С минуту он постоял рядом с постелью, разглядывая ее лицо, освещенное бледным светом луны, проникающим из окна. Ее лицо утратило озабоченное выражение и было теперь по-настоящему красивым, словно у молодой девушки. Боже, да она прекрасна…

Выйдя так же бесшумно, как и появился, Хауард направился вдоль по коридору к своей комнате, его мысли находились в непривычном смятении.

19

Двадцать девятого ноября исполнилась ровно неделя, как Денард и Харрис находились в Техасе. В своих с виду бесцельных скитаниях по южной части штата их взятый напрокат «крайслер» покрыл почти тысячу миль.

Прилетев в Техас, они обосновались в мотеле на задворках Сан-Антонио, Харрис расстелил на столе в номере крупномасштабную авиационную карту южного Техаса и мексиканского припограничья.

Увидев количество аэродромов, отмеченных на карте, Денард издал стон:

– Го-осподи! Похоже, что взлетные полосы покрывают весь штат! Здесь что, у каждого есть самолет?

– Очень у многих, Энди. Расстояния тут большие, и все очень разбросано. На территории Техаса уместилось бы несколько Соединенных Королевств. Многие люди предпочитают скорее летать, нежели ездить – отсюда так много аэродромов. Думаю, самым правильным будет сделать ставку на южные районы и вести поиски здесь. Для начала давай-ка сосредоточимся на местах, находящихся в пределах досягаемости от мексиканской границы, но не далее ста миль от Сан-Антонио. А там ты продолжишь и подберешь кого-то, кто, с твоей точки зрения, будет того заслуживать.

Часом позже Денард закончил разметку карты, покрыв ее с помощью маркеров разноцветными пятнами. Он подозвал Харриса.

– Смотри, вот этот большой красный круг отмечает расстояние ровно в сто сухопутных миль от международного аэропорта Сан-Антонио. Внутри него есть два международных аэропорта – собственно Сан-Антонио и Остин. Их мы можем отбросить. Далее, есть еще пятнадцать крупных аэропортов с несколькими взлетными полосами и вспомогательными службами для приема больших самолетов. Пять из них – авиабазы ВВС США, и их можно не брать в расчет, остальные десять тоже слишком велики для того, что мы ищем, так что, думаю, их мы тоже можем смело оставить в покое. Наш парнишка, где бы он ни был, работает с площадки несколько меньших размеров.