Читаем Тень полностью

Я не стала дожидаться её реакции.

Я развернулась на пятках и вышла той же дорогой, что и пришла.

После кратчайшей паузы (не сомневаюсь, что в это время он переговорил с Вой Пай) Улай поспешно последовал за мной, чуть ли не бегом догнав меня в коридоре за просторной приёмной. Он остановил меня прежде, чем я успела уйти. Стиснув мою руку своей огромной ладонью, он проигнорировал мою сердитую попытку вырваться.

Жестом показав охранникам подождать, он твёрдо завёл меня в боковое помещение. Он закрыл за нами дверь, наверное, чтобы нас не подслушали.

— Что? — спросила я, всё ещё пытаясь высвободить руку и сверля его гневным взглядом. — Я ни разу не пользовалась правом на отказ. Ни разу.

— Я в курсе этого, Высокочтимый Мост…

— Ну, а теперь я им воспользовалась. Это не обсуждается, Улай. И я не обязана говорить, почему.

В его голубых глазах промелькнуло раздражение, и не только на меня. Посмотрев на него, я осознала, что это не просто раздражение. Я встретилась с его натянутым взглядом и испытала неверие, как только поняла, что знаю, что значит этот взгляд.

— У меня нет выбора, — произнесла я.

Он поморщился, качая головой, но не в знак отрицания.

— При обычных обстоятельствах у тебя был бы выбор, Высокочтимый Мост. При обычных обстоятельствах право выбора никогда не нарушается…

— За исключением случаев, когда это действительно важно, блядь.

— Это не обычная ситуация, Высокочтимый Мост. Мои руки связаны, — ещё больше раздражения полыхнуло в его бледно-голубых глазах. — Есть… политические факторы, Высокочтимый Мост. Дипломатия, в высшей степени деликатный вопрос.

Я наградила его взглядом, полным неверия.

— Ты говоришь мне, что Лао Ху настолько отчаянно нуждаются в услуге от версианцев, что продадут Мост против её воли?

Он вздрогнул, но не перестал смотреть мне в глаза.

— Ну не всем же, Высокочтимый Мост. От тебя не просят обслужить их всех. Только их лидера. Знаю, он не привлекательный, но…

— Его внешность — не проблема, Улай.

— Тогда что?

— Я сказала «нет». Я также сказала, что это не обсуждается.

— Но почему? — раздражённо переспросил он. — Это всего один мужчина. Ты бывала и с другими, менее физически развитыми особями, чем он…

— Я отказываюсь именно от него, Улай, — рявкнула я. — Я не стану с ним спать. Я не сделаю этого, ясно, блядь?

— Но ты не можешь отказаться! — его голос зазвучал хрипло, пальцы крепче сжали мою руку. — От этого клиента ты не можешь отказаться, Высокочтимая Сестра. Не можешь.

— Почему? — я сделала шаг назад, всё ещё пытаясь высвободиться из его рук, но в первую очередь от его света, который одновременно пытался притянуть меня и успокоить. — Прекрати обращаться со мной как с чёртовым животным и просто говори! Почему я не могу отказаться?

— Он посол важных союзников Лао Ху.

— Что это за союзники?

— Я не могу сказать тебе, на кого они работают, — сказал Улай, щёлкнув языком. — Но самое важное, что мы не можем навлечь на себя их недовольство, Высокочтимый Мост. Они хотят знать, что о тебе заботятся. И что ты послушна. Они хотят знать, что с нами ты в безопасности.

— Заботятся? — я уставилась на него. — Послушна? Ты так говоришь, как будто я принадлежу им, блядь.

— Мы все принадлежим им, Высокочтимый Мост. Даже ты.

Я перестала вырываться и хмуро уставилась на него.

— Кто они, Улай? — спросила я. — Дай мне имя.

Выражение боли вернулось на его лицо.

— Пожалуйста, Высокочтимый Мост! Пожалуйста! Вой Пай не примет отказа от этого клиента. Не примет.

Я видела, как раздражение на его лице смешивается с сильной печалью.

— …Ты должна поступить так, как она говорит. Ты знаешь, что она сделает, — он посмотрел на меня, и в его глазах отразилась боль. — Пожалуйста, Элли. Не заставляй меня делать это. Я не хочу.

Уставившись на него, я ощутила, как меня омывает чувством беспомощности таким сильным, какого я не ощущала со времени приезда сюда. Он не собирался сказать мне, почему. Он не собирался говорить мне, кто они. Он и Вой Пай собирались заставить меня трахнуть этого мутанта-альбиноса, что бы я ни делала.

Мой свет полыхнул яростной вспышкой, которая превратилась бы в телекинетическую атаку, если бы не ошейник. Вспышка была достаточно сильной, чтобы активировать ошейник, размыть всё перед глазами и заставить меня захрипеть от боли. Интенсивность этой боли заставила меня остановиться, отстранить свой свет.

Вздрогнув, я сжала ладонью свою шею, стараясь дышать, взять себя в руки. Я не могла контролировать злость, но сумела приглушить свой свет, заскрежетав зубами.

— Иди ты нахуй, — сказала я ему. — Идите вы оба нахуй. Я никогда не прощу тебя за это. Никогда, Улай.

Он кивнул с печалью в глазах.

— Я знаю. Но ты в долгу перед Лао Ху, Высокочтимая Сестра, и тут у меня нет выбора, — почувствовав, как моя злость разгорается ещё жарче, он тряхнул мою руку. — Элли… всё решено! Он действует по приказам, и мы тоже.

Стиснув зубы, я зло уставилась на закрытую дверь, чувствуя, как тошнота в моём нутре усиливается. Я ощущала, как мой свет вновь уплотняется и вибрирует под ошейником.