Читаем Тень полностью

— …Но для этого мы тоже должны выждать, — добавил он. — Думаю, наши посредники могут дать нам ещё кое-что перед тем, как мы отошлём их обратно в земли их Предков, — тот проблеск улыбки вернулся, и он развёл ладонями в просящем жесте. — Но друзья… братья и сестры… я ещё не перестал верить в нашего возлюбленного сына. Советую вам тоже не делать этого. И возможно, она ещё пожелает последовать за нами, если мы дадим ей соответствующий стимул.

Остальные пятеро погрузились в молчание.

И вновь его нарушила пожилая женщина.

— Где? — спросила она, впиваясь в него пронизывающим взглядом. — Как только почва будет заложена, как ты хочешь применить болезнь, отец… и где? Ты намереваешься распространить её глобально на начальном этапе, чтобы не дать им снова разработать лекарство? Или ты предпочтёшь начать в нескольких ключевых городах?

Его голос сделался задумчивым.

— Лекарство для них — не ценный вариант. Уже нет. Думаю… — он постучал пальцем по губе. — Думаю, мы начнём в одном месте, сестра. Думаю, хорошо, если поначалу у них будет надежда, которую они потом утратят.

— В земле наших предков? — спросила она. — Если пойдёт по плану, то всё распространится быстро. Достаточно быстро, чтобы нам уже не пришлось работать с людьми в Пекине.

Тихо щёлкнув языком, он показал отрицательный жест одной бледной рукой.

— Нет, — тихо сказал он. — Думаю, я бы хотел более драматичное начало. Западные земли для этого более пригодны. Восток иначе справляется с испытаниями.

— Нью-Йорк? — предложил один из видящих.

— Рио, отец? — сказал другой — Мы также можем использовать Париж… их водные запасы сами сыграют нам на руку.

— Как насчёт Рима? — сказал другой.

— Берлин?

Старший видящий улыбнулся, глядя на их лица, а сам всё ещё держась в тени.

— Нет, — тихо сказал он. — Думаю, мы куда проще привлечём внимание Моста, если распространим первую волну там, где она знает хотя бы нескольких мышек в лаборатории, — увидев выражения их лиц, он весело щёлкнул языком, остановившись на понимающем взгляде своей заместительницы. — Мы начнём в её родном городе. Кажется подходящим, вы так не думаете?

— Сан-Франциско, — выдохнул один из них.

— Америка, — сказал другой. — Да. Верно. Это гениально, отец. Идеально.

Его заместительница молчала.

Слуга понимал, что она уже пришла к очевидному выводу, к которому другие четверо только приближались, следуя за его словами. Но с другой стороны, она, как и сам слуга, куда более тесно и прямо работала с Мостом и её супругом, чем другие видящие в комнате.

Слуга наблюдал, как пять светов причудливыми разрядами сворачивались над их головами. Каждый обдумывал последствия слов старшего, чем это грозило лично им в последующие месяцы.

Пока они занимались этим, слуга прочувствовал это внезапной томительной вспышкой.

Это был исторический момент.

Мир вновь менялся.

Он, благословенный слуга и верный последователь, только что стал свидетелем, как эти самые слова запустили эти перемены.