Читаем Темный страж полностью

— Я всего лишь вышла прогуляться. Свежий воздух полезен для здоровья, разве ты этого не знал? А ходьба — самое лучшее упражнение. Им можно заниматься где угодно и когда угодно, — она выглядела совершенно уверенной в этом. — Прогулка не расценивается как уход.

Люциан сел на кровать, притянув ее к себе.

— Прогулка, — рассеянно пробормотал он, его пальцы запутались в ее волосах. Ощущение их на своей коже отвлекало его. — Не рискуй собой больше, ангел. В следующий раз я приму меры.

Она пихнула его в грудь, в основном, чтобы получить передышку, чем по какой-либо иной причине. Казалось, он был способен начисто лишить ее воздуха.

— Надеюсь, ты не думаешь угрожать мне. Я офицер полиции, Люциан. Угрозы не лучший способ добиться расположения.

— Я не нуждаюсь в расположении, и меня не очень-то заботит твой довольно-таки необычный выбор работы. Сейчас, вероятно, не лучшее время заводить об этом разговор, но ты, кажется, иначе не понимаешь. Никто никогда не обсуждал мои решения. Ты больше не подвергнешь себя риску, — Люциан не повысил голоса, даже наоборот, тот стал нежнее, мягче, чем был до этого. Его голос звучал спокойно, почти рассеянно, когда он отдавал ей приказ.

Джексон нахмурилась.

— Чем лучше узнаю тебя, тем хуже мне кажется твое поведение. Я не люблю властных мужчин.

Его рука плавно опустилась на ее затылок, лакая пальцами нежную, чувствительную кожу. Он, казалось, этого не заметил, а она сидела очень тихо, не желая привлекать внимания к тому факту, что он разбросал ее разум во всех направлениях.

— Я не считаю себя властным. Существует огромная разница между властностью и командованием.

— Тогда иди, командуй кем-нибудь другим, Люциан, потому что за свою жизнь отвечаю я сама. Полностью отвечаю. Если я решу покинуть дом, то сделаю это в любое время, когда захочу. Не думай, что если будешь вести себя как диктатор, то это сойдет тебе с рук, лишь потому, что ты… — слово совершенно ускользнуло от нее. Кто он?

— Я уже ответил на этот вопрос, — он умышленно воспользовался интимной формой общения, которую его раса привыкла использовать между Спутниками жизни. Не в силах удержаться от соблазна, он склонил голову к ее чувствительному затылку. — Я карпатец, твой Спутник жизни.

И вновь чувственный голод прошелся по его телу. Его внутренности горячо сжались, и он закрыл глаза, смакуя вкус и ощущение ее кожи. Смакуя ощущение сильного голода. Его большое, сильное тело склонилось над ней, медленно заставляя ее опуститься на кровать. Она была такой хрупкой, такой изящной под его изучающими руками, когда он запечатлял ее в глубинах своей души на все времена.

— Люциан, — его имя прозвучало тихой, произнесенной шепотом мольбой, как будто она просила его о помощи.

Люциан поднял голову и посмотрел в ее невероятно огромные глаза. Она выглядела смущенной, сонной и очень, очень сексуальной.

— Я не обижу тебя, ангел, всего лишь уступи громадной потребности в тебе, которую я испытываю.

Потянувшись, она дотронулась до его волос, небольшая улыбка изогнула ее полную нижнюю губу.

— Да, я заметила. Просто я думаю, что все это немного опасно. Я все еще стараюсь свыкнуться с мыслью, что ты не человек. Ты говоришь мне всю эту научно-фантастическую чепуху, я слушаю тебя, но мой разум не желает сводить воедино все факты. Ты определенно внушаешь страх, Люциан.

— Но не тебе, — возразил он, его голос был ленивым, когда он склонился, чтобы прикоснуться своим ртом к ее шее. Она была так хороша на вкус. Ее кожа была как атлас. — Я был неизменно нежен с тобой, — его рот прошелся по совершенству ее кожи вниз к горлу и по ключице. Она была такой невероятно хрупкой. Он не представлял, как что-то столь маленькое может соединять в себе такое совершенство.

— Ты всегда так сдержан. Не могу представить тебя вышедшим из себя. Но когда ты смотришь на меня и… — она закрыла глаза, как только его губы начали бродить ниже, отодвигая в сторону тонкий материал ее топа, открывая больший участок ее кожи для исследований своего рта.

— Что ты говоришь? — пробормотал он напротив манящей возвышенности ее груди. — Я смотрю на тебя? — его зубы нежно, эротично царапнули ее чувствительную кожу, и она услышала свое собственное затрудненное дыхание, одновременно прижимая к себе его голову.

Что она говорила? Он так всегда спокоен. Даже теперь, когда она лежала в его объятиях и могла чувствовать, как его тело страстно желает ее, жаждет ее, он сохранял полный самоконтроль. Она слегка повернулась, теснее прижимаясь к его невероятно сильному телу. На что это будет похоже, принадлежать? Действительно принадлежать кому-то? Не испытывать постоянного страха? Когда она находилась рядом с Люцианом, она никогда не боялась.