Читаем Темные туннели полностью

— Что ж ты раньше не рассказывал?! — обрадованно крикнул ему Аршинов. — Я теперь себе карму чистить буду! А если я сам этих покойников укатал — считается?

Паровоз на полной скорости несся на блокпосты, приближаясь к границам владений красных. Следующей станцией была Библиотека имени Ленина, территория Полиса.

Толя встал, подволакивая ногу, двинулся к кабине.

У приборной доски машиниста стоял Корбут. Стоял, нежно обнимая Елену… Нет, не обнимая, а прижимая ее к себе. В одной руке у него был револьвер — видимо, один из бесчисленного аршиновского арсенала. И ствол смотрел прямо в подбородок несчастной девушке.

Впереди послышались испуганные крики: на блокпостах началась настоящая паника.

Многотонная железная махина, набрав обороты, всесокрушающим молотом древних богов летела вперед. Никто не сможет остановить ее… Аршинов, схватив лопату, подбросил угля.

И тут Корбут сорвал стоп-кран.

— Вы злоупотребляете, — процедил Анатолий.

Забыв о боли, он одним махом оказался в будке паровоза и точным ударом отвел выпаливший револьвер от своей любимой.

— Конец экспериментам! — Анатолий вышвырнул профессора из кабины.

— Мракобесы! Вам не остановить прогресс! — прокричал тот, забираясь на кожух парового котла.

Балансируя, как эквилибрист, профессор двинулся вперед, к носовой части паровоза, к трубе. Он сейчас был окутан клубами пара, и попасть в него было непросто.

— Давайте-ка доедем до Полиса! — прокричал издевательски Корбут оттуда. — Там ценят науку! Там у меня начнется новая жизнь!

И тут паровоз ударил буфером в заслон блокпоста.

Поезд резко качнулся в сторону, и дернуло так, что Анатолию пришлось вцепиться в поручень обеими руками. Раздались скрежет и лязг. Анатолий уже думал, что паровоз сошел с рельсов и сейчас начнет срезать тюбинг со стены туннеля.

Корбут, вцепившись в трубу паровоза, выстоял. Машина выровнялась и снова набрала скорость. Впереди показался второй блокпост. Побросав автоматы, испуганные солдаты метнулись в сторону от мешков с песком. Анатолий не слышал их криков, но видел разинутые рты и искаженные ужасом лица. Мощный удар буферного бруса разметал мешки с песком в разные стороны. Профессор махнул руками, ухватился было за трубу, но не удержался и полетел вниз — ровно под колеса механического монстра.

Хряп, хряп, хряп, хряп.

Полное торжество научно-технического прогресса.

Паровоз застыл у перрона станции Библиотеки имени Ленина, немного не доезжая до середины, как раз под нарядным транспарантом «Добро пожаловать в Полис», натянутым над путями.

Из кабины выбрался, подволакивая ногу, статный мужчина. Чумазый, с рассеченным лицом и почти совершенно седой. На руках он нес девушку, ее руки свисали плетьми, а голова была запрокинута назад. Следом показался мощного сложения солдафон с помятым лицом.

Толпа забурлила.

— Доктора! — выдохнул первый мужчина. — Доктора!

Толя не находил себе места. Из операционной выносили окровавленные простыни, внутрь прошмыгнула медсестра с тазом горячей воды. Анатолий пытался встретиться с ней взглядом, но та прятала глаза. Кажется, дело было совсем худо.

В комнате ожидания царил полумрак: под потолком тлела единственная лампочка. Поэтому, наверное, Толя и не заметил сразу сидевшего в дальнем углу помещения высокого мужчину в плаще с капюшоном и выключенным фонариком в руке.

Узнав давнего знакомца, Толя вскочил на ноги.

— Она выкарабкается?

— Поможем уж, — пробурчал Путевой Обходчик. — Жалко девчонку.

— А я? — спросил Анатолий. — Мне куда?

— Куда хочешь, — пожал плечами Обходчик. — Твое задание выполнено. Ты свободный человек. Все Метро твое.

— Я тогда, наверное, тут останусь, в Полисе, — сказал Толя. — С Леной. Попробую новую жизнь начать. Как будто я другой человек.

— Не хочешь назад, на Гуляй Поле?

— У меня там никого не осталось. И там верить нужно. В простые истины. А мне теперь трудно… верить.

— Это пройдет, — сказал Обходчик. — Зарубцуется.

Он поднялся со своего места. Приблизился к Толе. Поднял руку и отбросил капюшон. И Анатолий увидел человека с суровым лицом и поседевшей головой. Свое зеркальное отражение.

Толя улыбнулся.

— Мы ведь встретимся еще?

— Конечно. Мы ведь с тобой еще должны найти те самые рельсы… Которые блестят даже в самых темных туннелях. Пока у тебя просто привал, солдат.

На пороге показался Аршинов — чисто выбритый, свежий и совершенно не пахнущий алкоголем.

— Толян! С кем это ты тут разговариваешь? — озадаченно вглядываясь в полумрак, спросил он.

— С судьбой, — негромко отозвался тот.

Дверь операционной приотворилась. Наружу выглянул усталый хирург в зеленом халате. Толя бросился к нему, схватил за руку. Врач улыбнулся и хлопнул парня по плечу.

— Все будет хорошо.