Читаем Темные туннели полностью

— Хорошая девка. Молодец ты, Толян, раскопал такой ценный кадр. Вот я себе ее и выписал. Пойдет у меня на повышение. Сегодня вечером и пойдет…

Толино сердце молотом садануло по ребрам, уши заложило, в глазах потемнело от ярости. Быстрее, чем в силах человека, Анатолий рванулся к предателю и обеими руками вцепился ему в горло, а потом что было мочи врезал ему коленом в пах.

Автоматчик обернулся с ошарашенным видом, но Толя, для которого время замедлилось, метнулся к нему и сшиб его с ног правым хуком. Удар пришелся точно в висок; судя по тому, как рухнул на цементный пол автоматчик, он был в отключке.

Толя зверем бросился обратно к обмякшему толстяку. Ухватил его за шею и стал давить, вминать, глубже, глубже, чувствуя, как пальцы превращаются в стальные тиски. Никита захрипел и задергал ногой.

И тут мир взорвался: сзади на Толин затылок обрушился с размаху приклад автомата. Пальцы расцепились сами собой, и Анатолий сел на шпалы. Задыхающийся Никита нашел в себе силы подняться и ткнул диверсанта в шею своим коронным ударом. Пальцы его еще не обрели былой силы, но Анатолию хватило и этого.

До новой подсобки, находившейся в двух десятках метров, его волокли по туннелю за ноги. Тело уже ничего не чувствовало, на глаза наползала багровая пелена, но Анатолий еще успел рассмотреть чуть дальше по туннелю небольшую платформу и часового на ней.

Неужели та самая лаборатория? Хотя какая теперь разница?

Анатолия и его людей прикладами затолкали в подсобку. Новое помещение оказалось настолько маленьким, что все едва там уместились. Никита, изрыгая ругательства, захлопнул дверь. Стало темно и страшно, как в гробу. Что затевают их гостеприимные хозяева? К чему эта игра с переходами из одной темницы в другую?

Послышалось механическое шипение. Его источник находился под самым потолком.

— Что за запах, пацаны? — вскинулся Артур.

— Газ! Травят! — завопил Колька.

Анатолий задержал дыхание настолько, насколько это было возможно. Вытерпеть удалось не больше минуты. Доведя себя до изнеможения, он сдался и втянул-таки сразу полную грудь отравленного воздуха. Остальные парни уже были в отключке.

В голове у Толи сгустилось грозовое облако. На его фоне почему-то появился фосфоресцирующий циферблат без всяких делений, но с одной бешено вращающейся стрелкой. Потом комната закружилась, циферблат погас, и все погрузилось во тьму.

На этот раз Анатолий не шел по туннелю, а летел под самым его круглым сводом с электрическим фонарем в руке. Место было знакомое. Вот здесь, у этого свисающего с потолка кабеля он увидел, что с Гришей происходит что-то неладное. Продвигаться по туннелю, в котором уже бывал, всегда спокойнее и легче. Только вот спокойствие это часто бывает обманчиво.

Анатолий помнил этот туннель до мелочей. Каждое пятно плесени, каждую трещину в бетоне и торчащий обрезок ржавой арматуры можно было читать, как путевые знаки. У предметов есть память.

А тут, метров через пятьдесят, за следующим поворотом, они видели странную незаконченную надпись. Вот сейчас луч света выхватит ее из темноты. Вот… Анатолий направил фонарь в нужную сторону и от неожиданности выронил его. Металлический звук удара о рельс эхом разнесся по всему туннелю. Свет погас. Судя по всему, стекло разбилось. Анатолий спикировал на пути, встал на колени и принялся лихорадочно ощупывать руками рельсы и короткие шпалы. Отыскав фонарик, тряхнул его несколько раз, и тот снова вспыхнул. Вернее, засиял тем же фосфоресцирующим светом, что и в его обморочном видении. Однако глаза его уже успели привыкнуть к темноте, поэтому он смог разглядеть то, что увидел несколько секунд назад. Он снова взмыл к своду и коснулся надписи пальцем. Громадные, на всю высоту стены, буквы были сделаны на этот раз не коптящим факелом, а жирной графитной смазкой. Она сияла в свете фонаря так, словно была сделана совсем недавно: «Берегись…».

Анатолий вдруг каждой клеточкой тела почувствовал странную вибрацию воздуха. Фонарь замигал и снова погас. Одновременно уши наполнил шорох бесконечного множества крыльев, шум сталкивающихся в темноте тел, пронзительные крики неизвестных существ. Вот тебе и знакомое место!

Кажется, это птицы или летучие мыши, но в темноте не разобрать! Все это время они прятались в вентиляционных шахтах? Интересно, могут ли они видеть в темноте? Мертвые, конечно, могут. Как пить дать. Никакая темнота не может сравниться с той, в которой живут мертвые птицы. От них нельзя уйти просто так. Примирение невозможно.

Наверное, сейчас на него уставились тысячи воспаленных, обведенных красной каемкой глаз. Маленьких и злых.

Они сверлят его взглядом, отыскивая беззащитные места. Острые кривые клювы раскрыты, чтобы впиться в его плоть. Отомстить одинокому путнику за все муки, причиненные птицам людьми в те времена, когда на улице Охотный ряд торговали птичьими тушками, тут же, при покупателях, откручивая с хрустом головы уткам, курам, гусям…

Но что за птицы обитают в этом туннеле?