Это было очень странное перемирие. Прямо посреди поля боя, усыпанного трупами и окровавленными кусками разорванных тел, началась самая настоящая оргия. Проникшись витавшим в воздухе возбуждением, противники побросали оружие и кинулись друг на друга с ласками и поцелуями. Они срывали с себя одежду, падали на колени, исступленно кричали, забыв о потерях и наслаждаясь выплескиваемыми оргазмами. Военные совокуплялись друг с другом вне зависимости от вида и пола. Кровь убитых в бою солдат смывалась кровью разорванных плев. В той битве девственниц не осталось, как не осталось и верных супругов. Жены невольно ласкали убийц мужей. Эльфы бились на порнографическом фронте не хуже, чем на военном. Это сражение со спущенными штанами было нашей самой странной и почти что единственной за долгие годы победой.
Хотя, в любви нет победителей и проигравших. Загнувшиеся раком сами того возжелали. Значит, и они получили свое искушенное удовольствие. Каждый дал волю извращенной фантазии. Но пусть лучше дула автоматов добровольно засовывают во все щели, чем используют оружие по назначению. Это было мерзко и отвратительно, но, вместе с тем, красиво. Метафизически эта оргия знаменовала победу мира над войной.
Вас удивляет, что сила Скрижали Любви проявилась столь неожиданным образом? Но ведь любовь многогранна, и секс – одно из естественных ее проявлений. Любовь зла, и мы не в силах предугадать ее замысел.
Насытившись прелестью тел, эльфы обнялись на прощание с теноборцами и покинули Западный континент. Нам позволили уплыть на темноборческих кораблях. Мы отчалили, не сдерживая слез. Мы пылали любовью к своим врагам и готовы были отдать свои жизни, чтобы загладить перед ними вину.
С тех пор эльфов никто не видел. Обретя мир, мы не смогли найти свое место в загаженном нами же Мидлплэте. Куда бы мы ни отправились, везде нас встречал отпечаток Великого эльфийского завоевательного похода. Мы натыкались на следы собственных преступлений, и чувство несоизмеримого стыда съедало все то, что от нас осталось.