Генерал не скрывая удивления, даже не стал интересоваться, откуда нам стало это известно, а просто отмахнулся, словно речь шла о пустяках не стоящих внимания.

– Перестаньте, на войне всякое случается. Вот это всякое и с Назиром произошло. Доверяя планирование важной операции некомпетентным исполнителям, любой из нас рискует стать жертвой предательства, которое лечится лишь радикальными способами. Назир был слабовольным болваном, идущим на поводу собственных страхов и сомнений. По моему глубокому убеждению, он получил по заслугам и не стоит его жалеть. Предлагаю вернуться к вашему вопросу, ибо как сказано в писании – кто старое помянет тому глаз вон…

– А кто забудет тому оба, – добавил я. – И Вам ничуть не жалко своего помощника?

– Пускай о мертвецах думают боги, а у живых есть другие дела.

Налив из графина в высокие бокалы ярко оранжевого вина, торжественно протянул мне и Хило, предлагая тост и подчеркивая свое доброе расположение.

– За будущих кванторов – наше наследие! Хранителей мира и порядка в Галактике…

В следующую секунду удар моего кулака, откинул генерала на рабочий стол. Опрокинув вино на себя, он с приглушенным стоном скатился на пол, держась обеими руками за разбитое в кровь лицо. Подавив неудержимое желание, добавить ботинком по его мясистой бородатой физиономии я потер отбитые костяшки пальцев – рожа генерала была словно из гранита.

– Надеюсь, ответ недвусмысленно понятен? – участливо поинтересовался я у Лефлера и подтолкнул изумленного даймонца к выходу. – Вспомнил вдруг старую привычку. Пойдем отсюда Хило, здесь пахнет чем-то настолько омерзительным, что сил больше нет терпеть.

– Значит, любишь замахиваться одной рукой, а бить другой? И кого? Единственного кто может тебе помочь! Это нелогично и глупо! Как только вы выйдете отсюда, вас двоих уже ничто не спасет… – орал нам вслед генерал, пока мы шли к выходу. – Еще не поздно одуматься!

– Еще не поздно выставлять себя идиотом, – парировал я, даже не обернувшись. – В следующий раз наша встреча завершится смертью одного из нас, генерал. Я не шучу.

Часть 5

Разрушенный союз

– Генерал просил не беспокоить, – невозмутимо сказал я, проходя мимо встревоженного шумом секретаря-адъютанта. – Он неважно себя чувствует и никого не хочет сейчас видеть.

Быстро спустившись к ждущим у входа спутникам, мы с Хило буквально силой оттащили их от застывших истуканами беллатрианцев, которых хлорианцы рассматривали с нескрываемым любопытством, без меры любопытная Чани даже норовила потрогать их силовые доспехи.

– Нам лучше поспешить друзья, пока генерал не пришел в себя и не устроил облаву…

Хило на бегу быстро рассказал обо всем, что произошло в кабинете Лефлера.

– Ударил по лицу? – недоверчиво переспросил Кон, а потом гулко расхохотался. – Господин Ато, примите мое глубочайшее почтение, но почему Вы не убили подонка, когда была такая замечательная возможность или не заключили сепаратный мир? Теперь смерть наша будет быстрой и мучительной. Клянусь Морвой такая жизнь мне по душе!

– Он лгал. Никакого договора нет и быть не может, – объяснил я. – Свидетелей убирают за ненадобностью. Пока у меня нужная ему информация, он не рискнет меня убить.

Быстро миновав несколько тесных кварталов и не заметив за собой никаких наблюдателей, мы уселись за столик небольшого ресторанчика под тентом и заказали себе еды и шаштра – местного аналога пива. Ожидая заказ, я быстро рассказал спутникам, что нас ждет впереди и какие наши дальнейшие планы. Они тоже имели право знать. В глубине души, я надеялся, что новые обстоятельства поколебят их уверенность, и они решат нас оставить в покое. Я слегка сгустил краски, постаравшись как можно мрачнее описать наши перспективы на будущее.

– Генерал выдал координаты контрольных точек и это неплохо…

– Мой путь отныне лежит в другую сторону, – нехотя напомнил даймонец. – Это провал.

– Подожди расстраиваться Хило, тут все не так просто.

Дождавшись пока обслуга ресторана расставит перед нами наш заказ, я расстелил прямо на деревянной столешнице небольшую топографическую карту, что я перед уходом из кабинета позаимствовал со стены генерала, ткнул острием ножа в южную часть города.