Читаем Теленгеты полностью

В годы правления Теленгетским ханством хан Абак определил основные направления внешней политики государства, заложил основы отношений со всеми сопредельными странами. Ханом Абаком были установлены и закреплены политические и экономические отношения с Российской Империей. Отстаивая независимость Теленгетского ханства, хан Абак умело применял тактику лавирования между сильными соседями, проявив качества дипломата, военного полководца. Хан Абак надеялся закрепить ведущую роль Теленгетского ханства в Южной Сибири, поддерживая политическими и военными средствами всех противников русской колонизаторской политики, начиная с барабинцев на Западе и до шорцев на Востоке, тем самым упрочить свои позиции в борьбе за независимость от соседних государств.

ХАН КОКА.

После смерти хана Абака Конаева во главе государства встал старший его сын Кока Абаков. Томские воеводы, узнав о смерти хана Абака, направляют в Теленгетское ханство свое посольство во главе с З. Амосовым, дав ему наказ: добиться во чтобы— то ни стало от хана Коки подтверждения обязательств военно-политического союза между Россией и Теленгетским ханством, заключенного ханом Абаком. Хан Кока при встрече с русскими послами заверил Российскую сторону о премственности им внешней политики и соблюдении договора о военно-политическом союзе заключенного его отцом с Россией в 1609 году. Посольство, посланное в Россию возглавляемое его братом Ильмесом, подтвердило в Томске действие договора о военно-политическом союзе между теленгетами и русскими.

Летом 1636 года хан Кока Абаков, согласно союзнического договора, выступил совместно с русскими в поход против енисейских киргизов. В своей работе «Телеуты и русские в 17-18 веках» профессор Уманский А.П. ссылаясь на И. Фишера, отмечает, что хан Кока совершил весной этого же года поход на Кузнецкий острог. Скорее, всего, это была уловка Кузнецкого воеводы Г. Кушелева, который преследовал цель: перевооружения Кузнецкого гарнизона, более современным оружием. В итоге Кузнецкий гарнизон получил на вооружение 63 ручных пищали и 50 карабинов.

С 1635 года по 1642 год теленгеты и русские все спорные вопросы между собой решали путем дипломатических отношений, не прибегая к военной силе.

Военные походы Собанского П. в 1642 году против тёлёсов, Дорофеева П. в 1643 году на керсагалов, попытка объясачивания в 1643 году Ш. Яковлевым захребетных Мундусской, Тотошской, Кузегецкой «волостей»— уделов башчи Ентугая Конаева, родного дяди хана Коки, обострили противоречия между Теленгетским ханством и Россией. В отписке кузнецкого воеводы Дементия Кафтырева томскому воеводе, стольнику, князю Семену Клубкову-Масальскому, датированной 2 апреля 1643 года, сообщается: «не платят де государеве ясаку захребетных волостей мундусские да тотошские да кезегецкие люди… к государевой милости не пошли, и под государевою царскою высокою рукою жить не похотели, и в государеве де ясаке отказали и впреть платить не хотели, и с ними де с Шестачком Яковлевым с товарыщи учали бой, из луков стрелять, и они де служилые люди Шестачко Яковлев с товарыщи с теми мундусскими и тотошскими и кесегецкими людьми, прося у бога милости, учали битца и над нами промышлять; с божией милостью и государским счастьем… мундусских и тотошских и кесегецких людей на бою многих побили и иных переранили, и з бою многие раненые разбежались, а жен и их детей в полон поимели… а их де, господине непослушников было 35 человек» [79].

В своих работах «Горный Алтай в 17— середине 19 в.: проблемы политической истории и присоединения к России», «Присоединение Алтая к России» Г.П. Самаев, не правомерно относит сеок Мундус к туу теленгетам (алтай-теленгетам). Аналогичную ошибку допускает профессор Уманский А.П. в своей работе «Телеуты и их соседи в 17— первой четверти 18 века». Сеок Мундус это ак-теленгетский сеок. В Русской Исторической Библиотеке о сеоке Мундус проживающих на правобережье реки Катуни, современной территории Майминского и Чемальского районов Республики Алтай сообщается: «Тут мы находим Мундусскую волость, жители которой причислялись к „белым калмыкам“, т.е. к телеутам» [80].

Обострение отношений с Россией вынудило хана Коку Абакова в 1645 году установить добрососедские отношения с Джунгарским Улусом.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза