Читаем Телеэмпатия полностью

– Тогда сейчас пройдем к нашему руководителю. Подпишете необходимые бумажки, – Антон снял очки и протер их краем белого халата. – И как только будут готовы все разрешительные документы, мы с вами свяжемся для прохождения повторного обследования и проведения лечения.

Солнечный зайчик проскакал по светло-бежевой стене, шкафу, тумбочке, чуть задержался на кружке с Винни-Пухом и остановился на лице спящего на кровати пациента. Проснувшись, Максим открыл глаза и отодвинулся от яркого пятна. В палату вошла Алена.

– Добрый день. Как вы себя чувствуете?

– Голова немного болит, – он потер виски.

– Не трогайте! – испуганно бросилась к нему Алена и опустила его руки. – Здесь, с правой стороны, мы ввели чип.

– Странно… Ничего не видно… – Максим присел на кровати и посмотрел на себя в зеркальную дверцу шкафа.

– Это же микрочип, – Алена выделила приставку «микро» и улыбнулась. – Он совсем крошечный.

– Зачем тогда меня усыпляли?

– Его не просто ввели, но и еще сопровождали, – пояснила Алена.

Максим вопросительно-недоуменно посмотрел на нее ясными голубыми глазами.

– Ставили на место.

– А, понятно. Уже работает?

– Конечно, – Алена на секунду задержала взгляд на его благородно-аристократическом профиле, смущенно опустила глаза и тихо сказала:

– Голова пройдет. Через пару часов.

Она обратила внимание на его руку с татуировкой. Размашистая надпись от локтя до запястья гласила: «Никогда не сдавайся».

Максим заметил ее интерес и негромко произнес:

– Сделал, когда узнал диагноз.

– У меня тоже есть татуха, – Алена задрала рукав халата и показала двух разноцветных бабочек на предплечье.

– Красиво. Люблю бабочек. Для меня это символ трансформации.

Алена удивленно вскинула на него заинтригованный взгляд.

– Для меня тоже. Давай на ты?

Она протянула ему руку.

– С удовольствием, – Максим ответил на рукопожатие. Она отметила про себя, что его пальцы перестали быть холодными, в отличие от того прикосновения, когда они познакомились.

Он устроился на кровати, подсунув под спину подушку.

– Знаешь, есть такая бабочка, называется Монарх. Может преодолеть расстояние в тысячу километров без остановок.

– Ого.

– Да, а еще в Стокгольме есть клиники, в которых проводится терапия от стрессов при помощи бабочек.

Алена улыбнулась и быстро прочитала сообщение в брякнувшем мобильном.

– Я могу много про бабочек рассказать, – продолжал Максим. – Например, они пробуют еду, когда на ней стоят. Это потому что рецепторы вкуса у них находятся на лапках.

– Прикольно.

– А буддисты вообще относятся к бабочкам с большим почтением, потому что именно к бабочке Будда обратился со своей проповедью. А еще…

– А ты что буддист?

– В некотором роде.

– Слушай, все это очень интересно, но мне надо идти.

– Да, конечно, – погрустнел Максим.

Заметив, что он расстроился, Алена немного наклонилась к нему и быстро проговорила:

– Я могу прийти попозже, когда рабочий день закончится. Сейчас, правда, надо бежать. Шеф зовет.

– Хорошо.

– Принесу что-нибудь вкусное.

– О, давай, – повеселел он.

Алена посмотрела на экран мобильного.

– Через час можешь пойти поесть. Помнишь где? В противоположном конце коридора – столовка.

Коротко пожав его теплую руку с широкой ладонью и длинными музыкальными пальцами, она торопливо вышла из палаты. Прикрыла за собой дверь и отправилась к другим пациентам. «Какой симпатичный этот Максим, – перед ней возник его образ: небесно-голубые глаза с умным пытливым взглядом, красиво очерченные губы, волевой подбородок, добродушная улыбка. Вспомнила его низкий бархатистый голос, рассказывающий о бабочках. – Приятный и такой эрудированный. Интересно с ним. Как здорово, что мы его спасли от этой ужасной болезни!». Алена улыбнулась своим мыслям и зашла в большой бокс, где находились две женщины.

Антон закрыл ноутбук и сунул его в рюкзак. Часы на стене показывали без четверти девять вечера. Он вытащил из кармана маленькую плоскую металлическую фляжку, отвинтил крышку и сделал небольшой глоток. Послышался едва уловимый запах коньяка. Быстро убрав флягу, Антон спросил с надеждой в голосе:

– Домой идешь?

Алена оторвалась от экрана компьютера.

– Нет, я еще поработаю. Надо сравнить данные по пациентам, которым сегодня ввели чипы.

– Я хотел тебя проводить…

– Ой, ну зачем? Я сама отлично доберусь.

– Просто поздно уже… – замялся Антон.

– Не волнуйся, все в порядке, – она уткнулась в монитор. – Не так уж и поздно.

Антон надел куртку.

– В субботу что делаешь?

– А?

– Может, сходим куда-нибудь?

– Антох, мы уже это проходили, – Алена недовольно поджала губы и с укоризной на него взглянула. – Мы коллеги. И друзья. Все. Помнишь наш уговор?

– Помню, помню, – вздохнул он, поправил очки и накинул лямку рюкзака на плечо. – Ладно, пока. Долго не засиживайся.

– Иди уже, – прикрикнула она и махнула рукой.

Антон посмотрел на ее поблескивающие в электрическом свете рыжие пряди, чуть вздернутый носик, розовые губы. Расстроенно опустив черные, слегка раскосые глаза, он покинул лабораторию и отправился в сторону метро.

Алена подошла к окну и проводила взглядом его сутулую фигуру.