Читаем Течение (СИ) полностью

      Дима всегда жил в ладу с собой. Никакого истеричного самоанализа или нервных метаний. Безосновательные душевные переживания никогда не владели им, поэтому он старался держаться подальше от «чувствительных и ранимых» людей, считая их неврастениками или симулянтами. Он откровенно мог признаться себе в своих слабостях, в своих симпатиях и желаниях. Но у всего должен быть свой предел, в конце концов. Размышлять о физической совместимости с тренером – это как-то чересчур. Да и о чём здесь думать? Ему и смотреть-то было почти невыносимо, а уж поучаствовать... Да, думать здесь не о чем.

      Дима кивнул сам себе и пошёл на пару. Через несколько минут он уже знал, во сколько ему нужно выйти, чтобы успеть в бассейн до двух часов. Ведь глаза же надо показать, глаза, – это вам не шутки!

      Влетая в раздевалку без пятнадцати два, Дима стащил ботинки сразу с носками и влез в шлёпки. С волнением прошёл по короткому предбаннику, воровато выглянул в крытое пространство бассейна. Такое количество воды, возбуждённые визги и смех детей всегда создавали ощущение отпуска. Андрей стоял рядом с бассейном, - руки в брюки, поставив одну ногу на бортик и наблюдал за брызгающейся братией. Спортивные лёгкие брюки из водоотталкивающей ткани висели на его узких бёдрах. Белая футболка со спортивной символикой, на шее - свисток на красном шнурке. Вообще, для спортсмена, тем более, для пловца, он довольно хрупкий. Есть такие фигуры, - ни жиринки, вечные подростки. Светлые волосы небрежно зачёсаны назад, да и не зачёсаны, а так - убраны пальцами от лица.

      - Дим, ты? – Антоныч подкрался, как лис. – Чего в одежде? У вас сегодня разве есть занятия?

      - Здрасте, я глаза вам хотел показать...

      - Чьи?

      - Свои.

      Развернув пловца за плечи лицом к свету, Антоныч воззрился на Димины очи.

      - Да нормуль... А что, болят или что? – вот дотошный какой!

      - Ой, ну и отлично. Спасибодосвиданья, – протараторил Дима, отворачиваясь и устремился к Андрею, прижимаясь к стенке, чтобы детвора не обдала его брызгами.

      Андрей возвышался на краю бассейна, с полуулыбкой глядя сверху вниз на девчонку лет двенадцати, висевшую на бортике рядом с ним, доставая его вопросами или жалобами. Дима притормозил. Тренер выслушал её, что-то ответил. Девчушка кивнула, оттолкнулась от бортика и уплыла. Почему-то стараясь двигаться тише, будто охотясь, Дима подошел к Андрею сзади.

      - Здрасте, Андрей Игоревич, – получилось как-то хрипло. Откашлялся.

      Мужчина повернулся и кивнул.

      - Ну, что у тебя, Кротов. Как глаза? – и он снова отвернулся к воде, оглядывая детей.

      Идя на поводу у своего неуместного азарта, Дима приблизил к Андрею лицо, чувствуя, как адреналин ударил по венам. Тренер повернулся и едва заметно дёрнул головой назад, не ожидая увидеть Димино лицо так близко от своего. Но Дима, даром что был Овном, вытянул шею ещё вперед и открыл глаза пошире, глядя Андрею в самую его холодную душу. Еще пара сантиметров - и они столкнутся носами.

      - Красные? – прошептал Дима.

      Мы не ходим с линейкой в кармане, но всегда чётко ощущаем, когда кто-то нарушает границу нашего личного пространства. Излишняя близость чужака или умышленное отдаление близкого человека никогда не остаются незамеченными. Дима уверенно пересёк положенную границу, это можно и нужно было рассматривать как агрессию. Он пёр как танк, заявляя о чём-то, чего пока не понимал сам. Они оба моментально ощутили это животное напряжение. Андрей пару секунд переводил непроницаемый взгляд от одного Диминого глаза к другому и сказал без всякого выражения:

      - Я не доктор, – и не двигается. Смотрит дальше. Игра в гляделки, значит.

      Чего Дима добивался, он и сам не знал. Он просто почувствовал такой драйв, такой азарт охотника, что пошёл ва-банк. Нет, он бы не рискнул коснуться Андрея, он же не совсем идиот. Но выразительно опустив затуманенный взгляд на губы Андрея и приоткрыв свой рот, Дима сделал совершенно однозначное заявление. Не меняясь в лице, Андрей перевёл взгляд на что-то за плечом Димы и громко крикнул, заставляя того испуганно дёрнуться:

      - Олеся… то есть… Оксана! Уйди с глубины, пожалуйста. Да, вон там плавай, где до дна достаёшь, – и почти без паузы уже Диме, отворачиваясь. – Иди домой, лечись.

      Глядя на прямую спину Андрея, Дима начал осознавать происшедшее. Что за херню он сейчас отколол? Андрей и его отправил домой. Ну, молоде-ец, Димон...