И вновь рассмеялся. Но смех этот полон был сомнений в будущем.Лид кое-как доковылял до палатки (коей он был полновластным и единственным хозяином – редкость для походных лагерей Государства!), и уснул, когда голова его ещё была в полёте на полпути к подушке…И проснулся, как ему показалось, сразу же – от невозможного грохота и дрожи земной. Весь мир кружился в невообразимом танце, грозя вот-вот перевернуться вверх тормашками. Лид был как никто близок к истине.Аркадий – на счастье, не снявший хламиды перед сном – вылетел из палатки. Сотни легионеров обменивались друг с другом недоумёнными взглядами. А земля дрожала, дрожала, уходя из-под ног. Затем – из заокраинной дали – донёсся шум прибоя. Гигантского прибоя. Вслед за ним воздух наполнился звуками труб. Легионерам дали сигнал собраться в поход. Катерги застыли над лагерем, и воины начали спешно туда грузиться. Кентурионы зорко следили, чтобы ни единой пуговицы из запасов не было оставлено. Сыны Государства торопились, но суеты не было. Разве что Лид метался из стороны в сторону, не находя себе места. Он хватался за голову, едва земля начинала вновь дрожать. Наконец, взвалив на плечи приставленного к нему легионера нехитрый (поход, что пделаешь!) скарб из десяти хламид, двух туник, десяти тетрад чистых пергаментных листов и полугодового запаса чернил, Аркадий, вытирая пот со лба, отправился на катергу.Едва стопа его правой ноги коснулась верёвочной лестницы, по которой люди забирались на летающие корабли, как раздались ошарашенные возгласы легионеров. Лид повернулся в сторону океана – и, в первый и последний раз в жизни, преодолел тридцать ступенек за одно-два мгновения, а может, и того меньше. Как бы, по-вашему, повёл себя человек, завидя гигантскую волну? Волну, которая – легионеры в том готовы были поклясться – разгоняла кромкой своей облака!Нарсес подал руку напуганному до смерти Лиду, помогая забраться на палубу. Аркадий повалился на доски, такие приятные, дарившие уверенность в будущем доски…В это мгновение он готов был расцеловать это творение лучших мастеров Государства, но вовремя себя одёрнул: нельзя проявляться столь бурные эмоции в присутствии черни. Даже в такие мгновения виночерпий ванакта должен помнить о своём положении!Гул циклопической волны усиливался с каждым мгновением.
– Вверх! Вверх – надсадно закричал Нарсес.
Только быстрый набор высоты мог бы спасти их. Качнувшись, катерга начала подниматься. Корабли двигались к солнцу с разной скоростью. Один даже оказался совсем-совсем низко. А волна-то подступала.