Дмитрий ЧЕРКАСОВ

НЕВИДИМКИ: ТАНЦЫ ТЕНЕЙ

Ранее утро. Москва. Красная площадь. К Кремлевской стене на бреющем полете приближается дельтаплан и со всего размаха бьется о Спасскую башню. Обломки летательного аппарата падают вниз и повисают на канадских елях. Пилот дельтаплана выбирается из кустов возле Мавзолея, стаскивает с головы запыленный шлем, грозит кулаком в сторону Кремля и бормочет: — Какая страна, такой и теракт...

ГЛАВА 1

ТАНЦЫ, ШМАНЦЫ, ОБЖИМАНЦЫ

Морзик возвращался с импровизированной биржи труда в состоянии некоторой задумчивости.

С одной стороны, его задание на сегодня не увенчалось успехом. Он не попал в команду «неизвестно чего копателей» ввиду жестокой конкуренции среди местных безработных и способных еще к физическому труду рыночно-вокзальных пьянчужек. Но, изрядно поскандалив и настучав кое-кому в репу, Морзик добился того, что самозванный бригадир Василий, оперируя такими терминами социальной справедливости, как «право на труд» и «защита интересов рабочего человека» пообещал дать ему возможность уже завтра встать с лопатой наперевес в тесные ряды землекопов.

— Да, там... это самое... на всех хватит! — дыша перегаром в лицо Морзику, увещевал он буяна. — Там... это самое... еще копать и копать! До весны... это самое... если не до осени...

Чувствуя, таким образом, некоторое профессиональное неудовлетворение, Морзик, с другой стороны, был весьма рад, что сегодня не придется целый день корячиться на пронизывающем ветру.

Физический труд он, как и многие спортсмены, недолюбливал...

Предвкушая тепло ППН, чай и болтовню с симпатичным стажером, Владимир взбежал на пятый этаж, попутно отметив, что постовой машины у подъезда нет.

Людмилка встретила его с заплаканными глазами.

— Дмитрий Аркадьевич пропал! Ушел за сигаретами — и уже час как нет! И в окно не видно, я уже все глаза проглядела! Может, на базу сообщить?

— Погоди ты — сразу на базу! — засмеялся Морзик. — Ты его по связи вызывала?

— Я же не знала, что он на машине!

— Вот видишь! Надо проверять, где твой транспорт, если остаешься за старшего, — наставительно сказал оперативник. — Сейчас мы его выловим — и ты успокоишься.

Но Волан не отвечал.

Теперь уже встревожился Морзик. Разведчик должен либо выходить на связь, либо оставлять включенным маячок. Владимир кинулся к аппаратуре слежения, мысленно благословляя педантизм Кляксы, заставлявшего их таскать, подключать и настраивать эти железяки на каждом ППН.

Маячок работал.

Прибор показал дальность и азимут.

— Карту района, быстро! — Морзик от напряжения высунул кончик языка, прикидывая в уме расстояние до автомобиля Волана. — Что за черт? Как он мог сюда попасть? Здесь и дорог-то нет! Это ж лес...

— Ты неправильно умножил масштаб. — робко подсказал Пушок.

— Да, верно, блин! С детства не люблю математику! Вот он где! За железкой! Машина стоит… — бросил он взгляд на показания прибора. — Сбегаю я, пожалуй, посмотрю. Это километра два будет — растрясу калории, подготовлюсь к волейболу... Клякса с ума сошел, отправил меня в волейбол играть за сборную отдела. Я ж мячик воспринимаю только в виде боксерской груши!