Читаем Танки: 100 лет истории полностью

Удача вернулась к танковому корпусу не ранее сражения при Амьене, вспыхнувшего 8 августа 1918 года. Оно увенчалось вторым успехом британских танкистов – более крупным и более решительным, чем под Камбре, вследствие размаха операции. Для участия в битве сосредоточили силы всего корпуса, за исключением бригады, все еще располагавшей только машинами Mark IV. Другие части успели к тому времени пересесть на Mark V. Эта модель в основе своей оставалась той же Mark IV, но имела более мощный двигатель и – что особенно важно – могла управляться одним членом экипажа, поскольку конструкторы внедрили систему эпициклической передачи, отказавшись от примитивной методы, требовавшей целого отряда из четырех человек, как обстояло дело в случае ранних моделей. В результате этого новые танки сделались более маневренными. В дополнение к 324 тяжелым в распоряжении командования находилось 96 средних танков Medium A, а также танки снабжения и ремонтные машины – итого 580 единиц гусеничной бронетехники[97].

Как и под Камбре, танки сосредотачивались тайно и наступали массированно по фронту протяженностью свыше двадцати километров без артподготовки. Внезапный штурмовой удар смял немецкие оборонительные рубежи и позволил произвести глубокий прорыв, в результате чего германские части несли тяжелые потери. «Самый черный день для германской армии», – так назвал 8 августа 1918 года генерал фон Людендорф, фактический главнокомандующий кайзеровскими войсками[98]. Однако успех под Амьеном стоил британцам многих танков, уничтоженных огнем вражеской артиллерии. Урон был настолько велик, что на второй день сражения количество боеготовых танков снизилось до 145. Более того, удачно начавшееся наступление вновь стало пробуксовывать, поскольку даже новые Mark V двигались слишком медленно – лишь чуть быстрее, чем Mark IV. Средние, конечно, демонстрировали большую прыть, но их придали кавалерии в расчете на развитие успеха после прорыва. Однако конница вновь оказалась бессильной перед пулеметами, в точности как при Камбре.

Тем не менее сражение при Амьене вынудило немцев к медленному, но необратимому отступлению, продолжавшемуся вплоть до окончания войны три месяца спустя. На протяжении этого периода танки не раз и не два наносили успешные удары по противнику, однако атаковали в общем небольшими силами – не более 40 или 50 машин – из-за нехватки техники вследствие понесенного под Амьеном урона. Положение осложнялось ростом потерь от огня все той же немецкой артиллерии и в результате того, что военные действия приняли более маневренный характер, для чего бронетехника тогда не очень подходила. Около 175 танков удалось сосредоточить на исходе сентября для штурма линии Гинденбурга, однако для последней танковой атаки 4 ноября 1918 года командование сумело наскрести только 37 штук[99].

За три недели до битвы при Амьене французская армия развернула крупномасштабную наступательную операцию с применением танков при Суассоне, где бронетехника вновь стяжала лавры. До этого французские танкисты провели несколько более скромных операций, первая из которых началась 16 апреля 1917 года в рамках наступления на реке Эна. На тот момент из сделанного годом ранее заказа на 800 машин промышленность поставила военным 208 танков Schneider и 48 танков Saint Chamond, при этом 160 единиц Schneider считались находящимися в боевой готовности, пусть и не все из них получили к тому времени усиленное бронирование, необходимое в свете внедрения немцами бронебойных пулеметных боеприпасов (реакция Германии на применение танков британцами)[100].

Приступая к проектированию танков, французы сразу исходили из идеи штурма вражеских рубежей внезапными выпадами без предварительных артиллерийских обстрелов. Но к моменту поступления бронетехники в их войска британская армия уже опробовала танки в столкновениях с противником, который в ответ принялся увеличивать ширину траншей, вследствие чего даже Schneider, не говоря уж о Saint Chamond, оказались бессильны преодолеть их. В результате от идеи ставить танки как ведущее звено атаки впереди пехоты решили отказаться, поручив им, напротив, обеспечение огневого прикрытия стрелковых частей вне зоны действительного огня поддерживающей артиллерии[101]. Иными словами, танки переориентировались на выполнение функций орудий непосредственной поддержки, что точно отражает само название, данное во французской армии танковым частям – artillerie d’assaut.

В наступлении на реке Эна использовались всего 132 танка – преимущественно Schneider. Предприятие провалилось, и бронетехника не слишком поспособствовала продвижению войск, которые лишь незначительно потеснили противника. Неуклюжие машины с трудом преодолевали траншеи и рвы, а также многочисленные воронки на перепаханной снарядами земле, а 57 танков были уничтожены вражеской артиллерией[102].