Читаем Танец отражений полностью

Ну, этого достаточно, чтобы произвести впечатление на охранников. Уводя его в противоположную сторону, они добродушно поинтересовались:

– Как это тебе удалось?

– Ко мне быстро привыкают, – самодовольно ответил Майлз.

По пути к машине он дважды пытался сбежать. После второй попытки самый рослый охранник взвалил его себе на плечо и пригрозил, что если Майлз будет дергаться, то его просто уронят. Его запихнули на заднее сиденье между двумя охранниками.

– Куда вы меня везете?

– К месту передачи, – ответил один.

– Какой передачи?

– Тебе знать не обязательно.

Он говорил без умолку, улещивая, угрожая, оскорбляя… но охранники молчали. Поездка оказалась долгой. На машинах за городом почти не ездили – дорога была отвратительная. А они были далеко от города. Уже совсем стемнело, когда они затормозили у пустынного перекрестка.

Охранники передали Майлза двум невозмутимым как буйволы плосколицым верзилам в красных с черным ливреях. Цвета дома Риоваль. Верзилы связали ему руки за спиной и ноги тоже, а потом швырнули на заднее сиденье флайера.

Флайер бесшумно взлетел в темноту.

«Похоже, Васа Луиджи получил, сколько хотел».

Вербена, если куда-то и доберется, скажет, что Майлз у Бхарапутры. Где его уже не окажется. Майлз прекрасно понимал, что Васа Луиджи очень хочет подставить Риоваля.

Но если бы Риоваля было легко разыскать, это уже сделали бы.

«Господи, похоже, я буду там первым агентом Службы безопасности!» Надо не забыть подчеркнуть это в докладе Иллиану.

– Извините, барон, – сказал техник, – но жертва ваших пыток, похоже, прекрасно проводит время.

Обжора ухмыльнулся, насколько мог с запихнутой в глотку трубкой, наблюдая, как барон Риоваль обходит вокруг него, разглядывая со всех сторон. Может, барона восхитило его непревзойденное брюхо?

– В таких ситуациях включается ряд защитных механизмов, – сказал Риоваль, – в том числе расщепление личности и идентификация себя с палачом. Я ожидал, что Нейсмит в конце концов все их задействует, но… настолько быстро?

– Я тоже сначала себе не поверил, сэр, и несколько раз провел сканирование мозга. Результаты получились необычные.

– Если у него действительно расщепляется личность, сканирование должно это показать.

– Что-то сканирование показало. Похоже, он защищает определенные участки мозга от воздействия наших стимулов, и внешние реакции действительно говорят о расщеплении, но… картина ненормально ненормальная, если можно так выразиться.

– Интересно. – Риоваль поджал губы. – Я посмотрю ваши результаты.

– Но что бы это ни было, это не притворство. Я уверен.

– Так невообразимо быстро… – пробормотал барон. – И когда, по-твоему, он сломался? Как я мог это пропустить?

– Точно не знаю. В самом начале. В первый же день… Может, в первый же час. Но если так пойдет и дальше, на него очень трудно будет давить. Он может… менять дежурных.

– И я тоже, – холодно отозвался Риоваль.

Напряжение в желудке начинало перерастать в боль. Рева беспокойно задергался, но Обжора не пожелал уступить место. Другой внимательно прислушивался. Он всегда слушал, когда приходил барон Риоваль. Почти не спал и почти никогда не разговаривал.

– Я думал, он еще долго не дойдет до стадии распада. У меня все планы рушатся, – посетовал барон.

«Да, барон. Правда, мы очаровашки? Ты заинтригован?»

– Надо подумать, как лучше его сфокусировать, – размышлял Риоваль вслух. – Приведите его потом ко мне. Посмотрю, какие результаты дадут спокойный разговор и небольшие эксперименты. Может, наметятся новые направления.

И под маской тупого аффекта Другой насторожился.

Два охранника доставили его (их?) в приветливую гостиную барона Риоваля. Окон там не было, но одну стену занимал голографический экран, на котором сейчас проецировался пейзаж с тропическим побережьем. Можно не сомневаться, что Риоваль устроился под землей. Сюда никто не вломится через окна.

Кожа у Марка все еще не наросла. Техники покрыли незажившие участки какой-то штукой, а на раны наложили пластповязки, чтобы не испачкать дорогую мебель.

– Думаешь, поможет? – спросил один техник, орудуя аэрозолем.

– Скорее всего нет, – вздохнул его напарник. – Наверное, стоит заранее вызвать уборщиков. Брезент подложить, что ли.

Охранники усадили его в низкое широкое кресло. Обычное кресло, без кольев или бритвенных лезвий. Руки у него были связаны за спиной – значит, откинуться на спинку не удастся. Широко расставив колени, Марк постарался выпрямить спину. Дышать было тяжело.

Старший охранник спросил Риоваля:

– Нам его привязать, сэр?

– А он сможет встать самостоятельно? – Риоваль приподнял бровь.

– Из такого положения – с трудом.

Глядя на свою жертву сверху вниз, Риоваль презрительно скривил губы:

– А, мы приближаемся к цели. Постепенно. Оставьте нас, – приказал он охранникам. – Я вас позову. Сами не заходите. Даже если услышите шум.

– Звукоизоляция у вас прекрасная, сэр.

Откозыряв, плосколицые удалились. Эти охранники были какие-то не такие. Когда они не исполняли приказ, они просто сидели или стояли, бессловесные и тупые. Надо полагать, такими их и задумали.