Читаем Танец отражений полностью

– Вы имеете в виду телепатическую связь? – переспросил он. «Что за жуткая мысль!»

Графиня кивнула, чуть краснея. Элен кинула ему умоляющий взгляд: «Не смей морочить ей голову, ты!..»

– Извините. Я не экстрасенс. Только экстра-псих. – Элен успокоилась. Марк поник, но тут же немного оживился: – Хотя, может, следовало бы сказать Иллиану, что, по-вашему, это так.

– Иллиан слишком убежденный рационалист, – печально улыбнулась графиня.

– Страстность только результат бессилия, сударыня. Мне ничего не дают сделать.

– А что бы ты хотел сделать?

«Хочу сбежать на Колонию Бета. Графиня, наверное, поможет. Нет. Я больше никогда никуда не сбегу».

– Я хотел бы вернуться на Архипелаг Джексона и искать Майлза. Я могу работать не хуже агентов Иллиана. Знаю, что могу! Я пытался его убедить, а он… Будь его воля, он вообще посадил бы меня под замок.

– Сейчас Саймон продал бы душу дьяволу, лишь бы остановить мгновение, – сказала графиня. – Сейчас у него внимание не просто рассеивается – оно разбивается на кусочки. Мне его немного жаль.

– А мне – нет. Я у Саймона Иллиана не спросил бы даже, который час. А он бы мне и не сказал. – Марк уставился в тарелку. – Грегор бы тонко намекнул, где поискать хроно. Вы… – сравнение пришло само собой, – вы дали бы мне часы.

– Будь у меня часовой завод, сынок, я бы его отдала весь, – вздохнула графиня.

Марк чуть не подавился бифштексом:

– Правда?

– П… – решительно начала она, но вовремя опомнилась. – Правда – что?

– Лорд Марк – человек свободный? Я хочу сказать – я ведь не совершал преступления на территории Барраярской империи, да? Ведь глупость – это не преступление. Я не арестован.

– Да…

– Я мог бы сам отправиться на Архипелаг Джексона! И пусть Иллиан подавится своими драгоценными агентами. Если… – А, вот в чем загвоздка. Он приуныл. – …если бы купил билет.

Марк замолчал. Все его состояние равнялось семнадцати маркам, оставшимся от купюры в двадцать пять марок, которую графиня дала ему на расходы в начале недели.

Графиня отодвинула тарелку и выпрямилась.

– Мне это кажется не слишком безопасным.

– После того, что ты сделал, дом Бхарапутра наверняка назначил цену за твою голову, – услужливо подсказала Элен.

– Нет… за голову адмирала Нейсмита, – возразил Марк. – И я не намерен возвращаться к бхарапутрянам. – Он настоятельно обратился к графине: – Сударыня…

– Ты просишь, чтобы я финансировала твой шанс на гибель?

– Нет! Шанс на спасение! Я больше не могу… – он бессильно махнул рукой, – жить так дальше. Я не нахожу тут себе места, я сюда не подхожу!

– Не спеши. Со временем все наладится. Пока просто слишком рано, – запротестовала графиня. – Ты здесь так недавно.

– Я должен вернуться. Я обязан исправить свою ошибку. Если смогу.

– А если не сможешь, что тогда? – холодно поинтересовалась Элен. – Улизнешь, пока никто не успеет опомниться?

Она что, мысли читает? Марк весь сжался.

– Я, – выдохнул он, – не…

«…знаю». Он прикусил язык.

Графиня переплела свои тонкие пальцы.

– Я не сомневаюсь в твоем сердце, – сказала она, глядя ему прямо в глаза. – Но… ты мой второй шанс. Моя новая надежда, совершенно неожиданная. Я никогда не думала, что у меня на Барраяре может быть еще один ребенок. А теперь, когда Архипелаг Джексона сожрал Майлза, ты хочешь отправиться туда следом за ним? И ты тоже?

– Сударыня, – сказал он отчаянно. – Мама… Я не могу быть твоим утешительным призом.

Ее серые глаза были холоднее зимнего моря.

– Уж ты-то должна понять, – взмолился Марк, – каким важным может оказаться второй шанс.

Корделия отодвинула стул и встала.

– Я… должна это обдумать.

Она вышла из комнаты, так и не пообедав.

– Ну, молодец! – прошипела Элен и выбежала за графиней.

Марк остался один, всеми покинутый, и с горя наелся так, что разболелся желудок. Доковыляв до своей комнаты, он повалился на кровать, мечтая если не заснуть, то хотя бы отдышаться. Но ни то, ни другое не получалось.

В дверь постучали.

– Кто там? – простонал он.

– Элен.

Марк включил свет и сел на постели, подсунув под спину подушку. Он не хотел разговаривать с Элен. И вообще ни с кем не хотел разговаривать.

– Входите.

Она тихонько вошла в комнату. Лицо у нее было бледное и серьезное.

– Привет. Чувствуешь себя нормально?

– Нет, – признался он.

– Я пришла извиниться.

– Вы? Извиниться? Передо мной? За что?

– Графиня… объяснила мне, что с тобой творится. Извини. Я не знала.

Опять препарировали! Только на этот раз в его отсутствие. То-то Элен смотрит на него с таким ужасом!

– А черт. И что она на сей раз сказала?

– Майлз говорил об этом, но не прямо. Я не понимала, насколько это страшно. Графиня сказала мне все. Что с тобой сделал Гален. Как изнасиловал электрошоком и как вызвал… нарушения в еде. И другие нарушения. – Похоже, они с графиней говорили часа два. – И все было специально рассчитано. Вот что самое ужасное!