Читаем Талисман на счастье (СИ) полностью

Недоуменно приподняв плечи, я все же решила ответить:

- Я ей тоже иногда поражаюсь, но позвольте узнать, о каком именно случае идет речь в данном случае?

- Не стройте из себя дуру, вам это не идет. Где ваш муж?

Оп-па! Я чего-то не знаю?

- Понятия не имею, - честно созналась я и зачем-то добавила, - может еще и вовсе не родился.

- Не играй со мной девочка. Спрашиваю последний раз. Где твой муж?

- Я в разводе. Хреново работает твоя разведка, Ян. – Для подтверждения своих слов, я сняла плащ и продемонстрировала мужчине освобожденную от брачного браслета руку.

- Твое счастье, потому что вчера он проиграл тебя в карты. – Облегченно выдохнул Яннис, а мне вот от подобных новостей окончательно поплохело. – Ванэсса, а зачем ты травишь свою собаку?

Если еще от Марка я ожидала чего-то подобного, то обвинение в отравлении собственной подруги поставило меня в тупик. Враз ослабевшие ноги перестали меня держать, и я медленно сползла вниз по стене.

- Что за бред? Почему ты так решил?

- Вялость, полная покорность и равнодушное отношение к жизни – на лицо все признаки передозировки дариской. Мы иногда добавляем ее рабочим собакам перед сложными операциями, чтобы снять им напряжение.

- И как долго ее так уже успокаивают? – чтобы развеять последние сомнения, уточнила я.

- Месяц, может чуть больше.

Одним словом с первых дней знакомства с Маркусом: только у него был полный доступ к моей лаборатории и походной сумке, в которой я храню готовые зелья.

Почему я не заметила раньше, почему не обратила внимания на излишнюю преданность и послушность к постороннему человеку? Ведь она даже Вайесс признала не сразу, а тут! Какая же я была дура!

- С тобой все хорошо? – Мужчина вскочил со своего кресла и, стрелой метнувшись ко мне, поднял меня на руки. – Вот черная бездна! Ты почему не сказала, что тебя лихорадит?

Я уже было открыла рот, чтобы в очередной раз отшутиться, но в этот момент поняла, что меня полностью парализовало: я не могла сказать ни слова – рот просто не открывался, попыталась открыть глаза, но и тут потерпела неудачу. Мамочка!

В голове шумело все отчетливее, а в ушах стоял такой гул, что я практически перестала слышать окружающий мир. Все было как в вязком тумане. сквозь который изредка прорывались редкие фразы.

- Что ты с ней сделал? – где-то рядом со мной закричал Шерман

«Он не виноват», - хотелось ответить мне. – «Не обижай его!»

Боги, какие же нелепые мысли лезут в голову. Если б смогла, рассмеялась бы.

Ради чего я живу? Детей нет, семьи нет, любимого нет, подруг тоже нет. У меня есть только Вайесс с маленьким Рулом, больная Оторва и ребята, которым я пообещала передать свои знания. А много это или мало?

- Вызовите целителя! – приказал Ян. – Вайесс неси сюда ее сумку, у нее должны быть какие-нибудь антидоты.

- Она не целитель! Откуда им взяться?

- А это даже лучше: некроманты всегда таскают с собой кучу вещей, из которой многое может пригодиться лишь раз в жизни. – Шерман нервно рассмеялся.

И вновь угнетающая тишина. Больно не было. Я перестала ощущать свое тело уже давно. Или недавно? Какая странная штука – время.

- Ванэсса, не уходи! Не смей, несносная женщина!

Я слышу тебя Ян, но, похоже, уже никогда тебе не отвечу. Мне не нужно объяснять, что со мной: симптомы острого отравления сложно спутать с чем-то еще. Вот только я и подумать не могла, что когда-нибудь испытаю их на собственной шкуре. Наверняка он травил меня вместе с собакой, медленно, день за днем, убивая меня изнутри. А тут первый оборот, тюремная клетка, нервы, травмы – организм просто не выдержал.

Обидно только, что Марка не поймают, а, если и поймают, то ничего не докажут. Он хитрый – выкрутиться. Проклясть его, что ли на прощание?

Где-то надрывно завыла собака.

Странные ощущения: словно уже не здесь, но еще и не там. Полная дезориентация, только предсмертных галлюцинаций не хватает для полного счастья. Вот так всегда, даже умереть по всем правилам не дадут. Нет бы, прислать ко мне принца, порадовать, так сказать, перед скорой кончиной, а нет – никого! Хотя можно и не принца, сегодня я и на Яна согласна, хоть научу его, как правильно разговаривать с женщинами. А то так бедняга один всю жизнь и промается.

Мне показалось, что я услышала чей-то смех, но обдумать это не успела, потому что в следующий момент все мое тело содрогнулось от жуткой острой боли. Все тело горело, и я, не выдержав этой пытки, забилась в дикой агонии.

Кто-то пытался меня держать, но я снова и снова сбрасывала чужие руки.

Сколько это длилось - не знаю, но мне это время показалось вечностью. Когда все прекратилось, на меня разом свалились все прелести жизни: звуки, запахи, свет, слепящий глаза, голод и желание уединиться в комнате раздумий.

Приложив все силы, попыталась скатиться с постели, но была тут же остановлена рычащей в шею кошкой с одной стороны и прижавшей лапами собакой - с другой. Сговорились что ли?

- Умереть нормально не дали, так теперь еще жить не дают. Вы определитесь для начала, что со мной делать, а уж потом спасайте, - придя немного в себя, попыталась пошутить я.

- Ванька! Как же ты нас напугала!