Читаем Так это было полностью

16 апреля. 18 ч. 26 м. Вчерашнее сообщение российского телевидения о гонениях на русскоязычное население в Чечне сфальсифицировано и носит откровенный провокационный характер, считает Министерство иностранных дел Чеченской республики. В распространённом сегодня в Грозном заявлении МИД республики говорится, что, наоборот, в последнее время в разных регионах России участились случаи открытого притеснения лиц Чеченской национальности. Их необоснованно увольняют с работы, отказывают им в медицинской помощи, запрещают распоряжаться своей недвижимостью. Силами милиции и казачества проводятся массовые обыски. Организовываются митинги античеченской направленности. Подобные акции проведены, в частности. 27 марта в селе Старая Полтавка Волгоградской области и 7 апреля на хуторе Раздольный Ставропольского края. Десятки аналогичных жалоб поступают в адрес президента и парламента Чечни и из других мест.

МИД Чеченский республики заявляет, что эти противозаконные акции рассчитаны на ответную реакцию коренного населения в Чечне, ставят целью разжечь здесь межнациональный конфликт и тем самым создать почву для вооружённого вмешательства.

Необходимым условием стабилизации создавшейся обстановки, сказано в заявлении, является обеспечение нормальных условий для работы и жизнедеятельности лицам чеченской национальности в местах их постоянного проживания на территории Российской Федераций.

* * *

16 апреля. 14 ч. 10 м. После двухнедельных заключений вчера вечером вернулся домой 46-летний Баудин Бацаев. Как уже сообщалось, он был незаконно задержан в Грузии и представлен местным телевидением как посланный сторонниками Звиада Гамсахурдиа террорист.

Во время поездки к сыну, который служит под Батуми в погранвойсках, рассказал Б. Бацаев сегодня корреспонденту ИТАР-ТАСС, на железнодорожном вокзале в Самтредиа меня задержали люди в форме национальной гвардии Грузии и, же сто избив, заставили под угрозой расстрела оклеветать самого себя перед телекамерой. В качестве вещественных доказательств его преступных, якобы, намерений были использованы вырезка из атласа автомобильных дорог, которую он взял с собой для ориентировки в дороге, а также записная книжка и какая-то железная бляха, изъятые у другого задержанного.

Б. Бацаев сказал также, что над ним издевались лишь люди в гвардейской форме. К официальным правоохранительным органам -МВД и беседовавшим с ним сотрудникам спецслужбы - он претензий не имеет.

- Сейчас я хотел бы только заявить, сказал Баудин Бацаев, что никогда в политику не вмешивался, Звиада Гамсахурдиа видел разве что по телевизору. Всё случившееся со мной однозначно воспринимаю только как попытку определённых сил бросить тень на взаимоотношения между чеченским и грузинским народами.

* * *

22 апреля. 14 ч. 12 м. Президент Чеченской Республики Джохар Дудаев своим указом отстранил от занимаемых должностей шестерых высокопоставленных работников, включая заместителя министра безопасности республики, начальника грозненского городского управления внутренних дел, а также руководителей крупных объединений.

Никто из них прямо не обвинён в участии в попытке вооружённого захвата власти, но преамбула указа позволяет сделать вывод, что эти люда были связаны с событиями 31 марта. Тем же указом кабинету министров республики, руководителям министерств и ведомств поручено отстранить от должностей всех лиц, причастных к попытке государственного переворота, по списку, представленному следственным комитетом.

В Грозном многие сегодня задаются вопросом - не есть ли это начало охоты на ведьм?

- Нет, никакой "охоты", опасной дополнительным расколом в обществе, допустить нельзя, и мы будем строго за этим следить, - сказал в беседе с корреспондентом ИТАР-ТАСС генеральный прокурор республики Эльза Шерипова. По её словам, следствие по факту попытки государственного переворота идёт по плану, хотя и сталкивается с определёнными трудностями, связанными с повышенным эмоциональным восприятием случившегося. Никаких сведений о задержанных людях мы никому не давали, и всякие интерпретации на эту тему в прессе являются чистым вымыслом, подытожила Эльза Шерипова.

Не менее волнующим событием последних дней в Грозном стало опубликованное в местных газетах заявление Ингушского исполкома народных депутатов, подписанное лидером этого движения Иссой Кодзоевым. В документе утверждается, что "спекулируя на стремлении народа мирным путём вернуть отнятую родину, Россия готовит в Ингушетии плацдарм для усмирения Северного Кавказа, а ингушей хочет сделать предателями в глазах всего Кавказа". У ингушей, сказано в заявлении, есть выбор: либо войти в Россию ценой открытой измены своим братьям по отечеству, либо идти в одном строю со всеми народами Кавказа и бороться за свободу, независимость и целостность Ингушетии. Лидеры ингушского исполкома народных депутатов призывают ингушей выбрать второй путь и тем самым заложить "прочную основу для единения всего Кавказа".

Перейти на страницу:

Похожие книги

Venice: Pure City
Venice: Pure City

With Venice: Pure City, Peter Ackroyd is at his most magical and magisterial, presenting a glittering, evocative, fascinating, story-filled portrait of the ultimate city. "Ackroyd provides a history of and meditation on the actual and imaginary Venice in a volume as opulent and paradoxical as the city itself. . . . How Ackroyd deftly catalogues the overabundance of the city's real and literary tropes and touchstones is itself a kind of tribute to La Serenissima, as Venice is called, and his seductive voice is elegant and elegiac. The resulting book is, like Venice, something rich, labyrinthine and unique that makes itself and its subject both new and necessary." —Publishers WeeklyThe Venetians' language and way of thinking set them aside from the rest of Italy. They are an island people, linked to the sea and to the tides rather than the land. This lat¬est work from the incomparable Peter Ackroyd, like a magic gondola, transports its readers to that sensual and surprising city. His account embraces facts and romance, conjuring up the atmosphere of the canals, bridges, and sunlit squares, the churches and the markets, the festivals and the flowers. He leads us through the history of the city, from the first refugees arriving in the mists of the lagoon in the fourth century to the rise of a great mercantile state and its trading empire, the wars against Napoleon, and the tourist invasions of today. Everything is here: the merchants on the Rialto and the Jews in the ghetto; the glassblowers of Murano; the carnival masks and the sad colonies of lepers; the artists—Bellini, Titian, Tintoretto, Tiepolo. And the ever-present undertone of Venice's shadowy corners and dead ends, of prisons and punishment, wars and sieges, scandals and seductions. Ackroyd's Venice: Pure City is a study of Venice much in the vein of his lauded London: The Biography. Like London, Venice is a fluid, writerly exploration organized around a number of themes. History and context are provided in each chapter, but Ackroyd's portrait of Venice is a particularly novelistic one, both beautiful and rapturous. We could have no better guide—reading Venice: Pure City is, in itself, a glorious journey to the ultimate city.

Питер Акройд

Документальная литература