Читаем Так это было полностью

По их просьбе в Грузию выезжал представитель МИД Чечни, которому было заявлено, что задержанный 1 апреля в Самтредиа Бацаев, после выяснения мотивов его пребывания в районе чрезвычайного положения отпущен 7 апреля. Однако с тех пор он ни дома, ни в воинской части, где служит сын, не появился.

* * *

15 апреля. 17 ч. 24 м. Увеличить число парламентариев Чечни "для расширения социальной и политической базы законодательного органа" предложил спикер чеченского парламента Хусаин Ахмадов. Он заявил на сегодняшней пресс-конференции в Грозном, что довыборы в парламент с одновременным резервированием определённого количества мест за представителями некоренных национальностей могли бы способствовать стабилизации общественно-политической обстановки в республике.

Вместе с тем, в числе других стабилизирующих факторов Хусаин Ахмадов видит становление кавказской конфедерации, куда в первую очередь должны войти чеченский, ингушский народы.

На пресс-конференции спикер высказал много критических слов в адрес российского руководства, которое, по его словам никак не желает видеть Чечню вне состава России. Мы сами выступаем за крепкие горизонтальные связи с Россией и со всем остальным миром, сказал Хусаин Ахмадов. Готовы вести согласованную финансовую, оборонную, информационную политику, заключать иные необходимые договоры и соглашения. Но решительно отвергаем политический централизм.

Хусаин Ахмадов признал, что есть ошибки в деятельности президента республики и самого парламента. Не следовало, по его мнению, проявлять излишнюю активность по отношению к Грузии. Звиада Гамсахурдиа мы приняли в качестве частного лица, сказал он, но свои политические проблемы волен решать сам грузинский народ. Руководитель чеченского парламента заявил, что в ближайшее время Чечню признают некоторые республики бывшего Союза, но никого конкретно не назвал. Отметил только, что парламент республики отверг предложение Приднестровья о переговорах, не желая раскола в суверенном молдавском государстве.

15 апреля. 17 ч. 48 м. В Грозном вводится предварительная цензура средств массовой информации. В принятом вчера поздно вечером и ещё не опубликованном постановлении кабинета министров Чеченской республики говорится, что свободное распространение информации ограничивается "в интересах сохранения политической стабильности на чрезвычайный период". Всем информационным агентствам, аккредитованным в республике, предписано в течение суток, зарегистрироваться в госкомитете по информации и печати. Говорится, что на период расследования обстоятельств попытки государственного переворота, предпринятой оппозиционными силами 31 марта, приостанавливается деятельность тех средств массовой информации, чья причастность к этой попытке выясняется. Однако конкретные издания в документе не названы.

В редакциях основных газет республики об этом постановлении пока ещё ничего подробно не знают. Неясно также, кто и как будет осуществлять предварительную цензуру изданий.

* * *

16 апреля. 10 ч. 49 м. К единению и согласию призвало всех граждан Чеченской Республики действующее в Грозном Общество славян. В обнародованном сегодня обращении этой общественной организации решительно осуждается недавняя попытка оппозиционных сил вооружённым путём свергнуть существующую власть. Славяне Чечни при этом призвали руководство республики не использовать случившую для сведения политических счетов с оппонентами, устранения с политической арены конструктивной” демократической оппозиции. Исторические судьбы чеченского и всех народов Российской Федерации, отмечается в обращении, неразделимы. "Изоляционистские устремления не только не будут способствовать прогрессу и процветанию республики, а. наоборот, обрекут её на прозябание и нищету", говорится в документе.

Общество славян действует в рамках недавно созданного в Грозном Этнического союза, глава которого 59-летний армянин Борис Асатуров, является одновременно и советником президента республики. Этнический союз и Общество славян в числе первых осудили недавно бесчинства в московских гостиницах против чеченцев, потребовав от руководства России тщательного расследования и привлечения виновных к ответственности.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Venice: Pure City
Venice: Pure City

With Venice: Pure City, Peter Ackroyd is at his most magical and magisterial, presenting a glittering, evocative, fascinating, story-filled portrait of the ultimate city. "Ackroyd provides a history of and meditation on the actual and imaginary Venice in a volume as opulent and paradoxical as the city itself. . . . How Ackroyd deftly catalogues the overabundance of the city's real and literary tropes and touchstones is itself a kind of tribute to La Serenissima, as Venice is called, and his seductive voice is elegant and elegiac. The resulting book is, like Venice, something rich, labyrinthine and unique that makes itself and its subject both new and necessary." —Publishers WeeklyThe Venetians' language and way of thinking set them aside from the rest of Italy. They are an island people, linked to the sea and to the tides rather than the land. This lat¬est work from the incomparable Peter Ackroyd, like a magic gondola, transports its readers to that sensual and surprising city. His account embraces facts and romance, conjuring up the atmosphere of the canals, bridges, and sunlit squares, the churches and the markets, the festivals and the flowers. He leads us through the history of the city, from the first refugees arriving in the mists of the lagoon in the fourth century to the rise of a great mercantile state and its trading empire, the wars against Napoleon, and the tourist invasions of today. Everything is here: the merchants on the Rialto and the Jews in the ghetto; the glassblowers of Murano; the carnival masks and the sad colonies of lepers; the artists—Bellini, Titian, Tintoretto, Tiepolo. And the ever-present undertone of Venice's shadowy corners and dead ends, of prisons and punishment, wars and sieges, scandals and seductions. Ackroyd's Venice: Pure City is a study of Venice much in the vein of his lauded London: The Biography. Like London, Venice is a fluid, writerly exploration organized around a number of themes. History and context are provided in each chapter, but Ackroyd's portrait of Venice is a particularly novelistic one, both beautiful and rapturous. We could have no better guide—reading Venice: Pure City is, in itself, a glorious journey to the ultimate city.

Питер Акройд

Документальная литература